Ошибались все. Но искренне

Двадцать лет назад никто не сомневался в том, что демократы одолели коммунистов. Сегодня члены ГКЧП о коммунизме даже не вспоминают. Единственное их сожаление – разгром Союза, которому они не сумели противостоять.

Победители тоже молчат о «торжестве демократии». Еще недавно они были уверены в своей правоте: «Да, мы потеряли Советский Союз, – утверждали они, – зато мы положили конец кровавой диктатуре и освободили Россию». Сегодня они не чувствуют себя безусловно правыми. На их лицах нет ни былой эйфории, ни сознания собственной непогрешимости. Телекомментатор Александр Любимов кается за себя и своих «товарищей по борьбе»: «Я сожалею о том, что мы сделали в августе 91-го, – признался он. – Мы и представить не могли, что в результате наших усилий погибнет Советский Союз. Мы ошибались, но искренне. Нами двигало возмущение партноменклатурой, которая всех «достала».

Выходит, что в 91-м Россию в очередной раз погубил дух групповщины и притворства. Две противоборствующие силы так «достали» друг друга, что забыли и о государстве, и о России. Сегодня и те и другие забыли и о своих партийных и идейных пристрастиях. А ведь как горели! Как маршировали по улицам с развернутыми знаменами! Выходит, все это было мимолетным увлечением? Не для всех. Ахромеев и Пуго показали, что не все в том далеком августе было опереттой. Генералы покончили с собой. Ушла вместе с мужем и Валентина Пуго. Когда сегодня вспоминают трех парней, погибших под колесами военной техники, надо вспомнить и о жертвах, которые понесли путчисты.

«Не могу жить, когда гибнет моё Отечество и уничтожается всё, что я всегда считал смыслом моей жизни. Возраст и прошедшая моя жизнь дают мне право уйти из жизни. Я боролся до конца», – написал детям перед самоубийством маршал Ахромеев.

Благодаря и ему мы можем в свое оправдание сказать, что Советский Союз погиб, сопротивляясь, а не по причине всеобщей апатии, подлости и глупости.

«Совершил абсолютно неожиданную для себя ошибку, равноценную преступлению. Да, это ошибка, а не убеждения. Знаю теперь, что обманулся в людях, которым очень верил… …Милые Вадик, Элина, Инна, мама, Володя, Гета, Рая, простите меня. Всё это ошибка», – писал в предсмертной записке министр внутренних дел СССР Борис Пуго.

Тогда от ГКЧП отвернулись все. И первыми это сделали товарищи по партии. Московский горком КПСС должен был вывести рабочих на митинги в поддержку ГКЧП. Но он не сделал этого. Не потому, что не мог – в Москве тогда было достаточно противников демократии, – а просто не вывел, и все. Страшно стало.

Предательство вождей

В Самаре председатель облисполкома коммунист Виктор Тархов предпочел не высовываться, а после победы Ельцина бегал по инстанциям и доказывал, что на самом деле он его преданный сторонник. Теперь уж непонятно, сторонником чего он оказался – Бориса Ельцина или распада СССР. Как и его близкий товарищ, лидер самарских коммунистов Валентин Романов.

Депутат Госдумы от КПРФ Валентин Романов в августе 1991 года был первым секретарем обкома КПСС. Главный коммунист области в те дни заявлял о поддержке ГКЧП. А спустя несколько лет Романов осудит путчистов: «До последнего надеялся, что в Центральном Комитете найдутся мужественные люди, которые проявят волю и остановят развал. Но поведение членов ГКЧП вызвало огромную горечь – это было поведение слабых людей...» Хорошая позиция для первого секретаря, забывшего о самоубийствах товарищей.

Впрочем, стоит ли удивляться. Ведь и нынешний главный коммунист Геннадий Зюганов в дни августовского путча отдыхал в партийном санатории в Кисловодске. Он не стал 19 августа прерывать отпуск. Позднее он скажет, что всей душой был на стороне заговорщиков. Попивая минеральную водичку.

Видимо, за коммунизм хорошо было бороться ради карьеры, зарплаты, заграничных поездок. А тут ГКЧП. «Мы так не договаривались». Номенклатура разъехалась по дачам и ушла на больничные. Тем более что партийные деньги давно уже были переведены на укромные счета. Мощь и сила КПСС – этого «самого дисциплинированного и организованного отряда современности» – оказались блефом.

Сегодня мало что изменилось. За коммунизм нынче борются ради депутатских мандатов, респектабельных кабинетов и персональных Audi А6, которыми обеспечены депутаты нашей губернской Думы.

На краю пропасти

Стоит ли удивляться, ведь коммунизм еще в СССР выродился в псевдоидеологию, которая не просто обслуживала интересы советской бюрократии, но развращала все общество. Со школьной скамьи советскому человеку внушали, что исторические законы работают на него. Даже когда он пил, воровал, сидел в тюрьме, продавал недра своей страны, чтобы купить польские джинсы, загаживал реки, убивал плодородную почву, гнал под пули своих детей в Афганистане, опять пил, снова воровал, историческая правда и исторические законы неизменно были на его стороне. Один профессор научного коммунизма в ленинградском университете выпустил трехсотстраничный труд, в котором были перечислены несколько сотен законов развитого социализма. И все эти законы работали на советского человека. С такой идеологией мы просто обречены были рано или поздно получить нечто подобное Горбачеву и Ельцину.

Западные спецслужбы не успевали за нашими темпами саморазрушения. Мы опережали все мыслимые планы и расчеты наших международных противников. Никто не заставлял Горбачева подписывать «огаревские соглашения». Просто Горбачев никогда не сомневался, да и сегодня вряд ли сомневается в том, что всякая мысль, занесенная посторонним сквозняком в его голову, является последней и непреложной истиной. А как иначе? Ему заранее было известно, что вся мировая история с ее законами работает на него. И демократы не сомневались. И Ельцин не сомневался. Он ведь тоже был коммунистом.

Слава Богу, что спустя двадцать лет после августовского путча такие сомнения наконец-то появились. «Мы искренне ошибались» – эти слова вселяют надежду. Дурак не тот, кто дурак, а тот, кто не догадывается, что он дурак. Мы уже начинаем догадываться. И спасибо за это мы должны сказать мужикам из ГКЧП.

Впервые после 45-го года в августе 91-го решался вопрос о суверенитете нашего государства. Участники ГКЧП поставили всех нас перед необходимостью держать хороший исторический экзамен. В этом их несомненная заслуга. Без них переход России к небытию был бы менее заметен. Ахромеев и Пуго постарались, чтобы и «демократы», и коммунисты хорошо запомнили, как они сдали Родину в 91-м году. А демократами и коммунистами десять лет тому назад было практически все политически активное население Союза. Мы можем теперь говорить какие угодно красивые слова о патриотизме, справедливости, свободе и прочем. Только вот чего они стоят, эти слова. Отвечать за них следовало раньше. Теперь-то уже поздно.

Поэтому не надо красивых слов и пафоса, не надо демонстрировать друг перед другом театральные позы и праведный огонь в глазах. Все равно это не действует. После 91-го года театр в России кончился. Уж как красиво, с каким пылом мы произносили слова и стучали себя в грудь в 91-м году, а продали-таки Отчизну. Больше растерянности, больше печали и грусти на лицах. Меньше претензий, показной партийной правды и взаимных уверений в приверженности идеалам. Ни один из нас не может ничем похвастаться перед другими. Ни один. И ничем. Три дня августа 1991 года показали, кто и чего стоит.

Евгений КИРИЛЛОВ.

За коммунизм хорошо было бороться ради карьеры, зарплаты, заграничных поездок. В первый день ГКЧП номенклатура разъехалась по дачам и ушла на больничные.

В ТЕМУ

К 91-му году наша страна переживала глубочайший политический и экономический кризис. Самарцы хорошо помнят пустые полки магазинов, когда невозможно было купить товары первой необходимости – хлеб, молоко, сахар. В Куйбышеве и в других городах СССР с 1978 года стали вводить продовольственные талоны. Сначала на мясомолочную продукцию, а затем и на другие виды товаров.

Пришедший в 1985 году к власти в партии и в стране Михаил Горбачев пытался реформировать КПСС, однако к тому моменту она оказалась настолько прогнившей и разжиревшей, что не поддавалась никаким реформам.