Подписка онлайн

Опрос

У вас скопились книги. Что с ними делать

Лучшие материалы месяца

best

Ваш вопрос

Напишите нам письмо

Мы обязательно на него ответим. Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему Вас вопросу.

Архив материалов издания

Мы в Соцсетях

ПОШЛИ ДОМОЙ

Автор  авг 06, 2016 - 1051 Просмотров

ДЛЯ 720 ТЫСЯЧ ЖИТЕЛЕЙ В БЛИЖАЙШИЕ ГОДЫ ПОСТРОЯТ КВАРТИРЫ В ТРЕХ НОВЫХ РАЙОНАХ

ТРИ КИТА
– Вова, домой! – крикнула молодая женщина. Мальчик скатился с горки, подобрал с песка панамку и побежал к краю площадки. Мама взяла его за руку, и они пошли домой. Я проводила их взглядом: вот сейчас войдут в подъезд, поднимутся по лестнице, откроют дверь квартиры и войдут в дом, который должен быть у каждого человека. Что вы вспомнили сейчас – какие были занавески, какой стол на кухне, какие деревья росли под вашим окном, каким запахом встречала прихожая, какие песни пело вам радио в прежнем доме, что поют цифровые телики в нынешнем? И есть ли он, нынешний? И хорошо ли вам в нем?
На днях я была в таком месте, что все, кого ни встречала, словно сговорившись, говорили в ответ: да. Недавно такому ответу удивилась бы, потому что раньше Крутые Ключи (в миру «Кошелек») видела то издалека, с дороги, то в Интернете. Фото с высоты квадрокоптера пугало тесными рядами одинаковых домов – то ли армия роботов виделась, то ли бараки. А оказалось… Нет-нет, не реклама. Рассказать хочу, что увидела и как поняла. Там, впереди, о многом еще. Не только о светлом. Но сначала – с удовольствием – вот об этом.
Кошелев-проект снизу и рядом оказался таким: тесноты нет, бараков нет, дома небольшие, трехэтажные, приветливые, не давят высотой, не застят свет, нежно-розовые, зеленые, бежевые, дороги-тротуары без единой ямки, деревца молодые по всему городку. Чистота исключительная – нигде ни бумажки, ни окурка. Между домами, вдоль каждого квартала, – площадки, детские и спортивные. В придачу к ним – тишина и воздух, воздух, воздух…
Рабочий день в самом разгаре. Папы трудятся. На улице гуляют мамы с детьми. Это Аня с сыном Данилой. Квартира? Пока однокомнатная. Заплатили миллион триста пятьдесят. Наследство от бабушки. Продали ее старую квартиру, купили здесь новую. Пока другую не планируют. Раньше жили с родителями «в городе», в смысле в Самаре, у железнодорожного вокзала. Ездила недавно – нет, уже отвыкла, пыль, шум, засобиралась домой.
Худенькая, сама как девочка, с застенчивой улыбкой на лице, Гульназ с дочкой Камилей на руках. Живут здесь четвертый год. «Однушка». Миллион двести. Первый взнос был сто двадцать тысяч, то есть десять процентов, остальное – ипотечный кредит. Брали на десять лет, но выплатили досрочно.

Мама Светлана, дочка Александра. У них уже вторая квартира. Первую брали за миллион с небольшим. Недавно продали ее за миллион шестьсот. Купили «двушку» без отделки. Папа – строитель, сам ее ремонтирует. Задаю глупый вопрос: здесь же купили? Да, нам именно здесь очень нравится.
В Волгаре те же самые слова сказали мне Ангелина и Лера (родители обеих девушек – военные, купили в экограде квартиры по сертификату). В Южном Городе – Таня, гулявшая с маленьким Матвеем. Тем, кто подозревает «постановочный кадр», скажу, что я бы, может, тоже не поверила, если бы не увидела все своими глазами (и вы можете увидеть – в любой день). Более того, спросите-ка вы меня: а тебе где больше понравилось? Да вот и не знаю.
Кошелев, Крутые, то есть Ключи – очень уютный, удобный, мягкий, тихий, спокойный, малоэтажный. Волгарь – это большие дома разной этажности. Дворы просторные, улицы широкие, детские и спортивные площадки – само собой. Такая же, как в Кошелеве, чистота. Перед домами не просто цветы, а дизайнерские альпийские горки с недешевыми, скажу я вам, растениями. И тоже повсюду молодые деревья. Этот квартал – сиреневый, этот – серебристо-тополиный, этот – хвойный. Полукругом обнимает поселок теплыми руками синее озеро с утками и камышом. Выйдешь из подъезда – и ты на природе.
Экоград Южный Город – это широкие улицы и проспект, солнце во все окна, вольный степной ветер с привкусом ковыля и лаванды. Дома радостные – южных цветов апельсина, абрикоса, одуванчика. На любой вкус: и пяти этажей, и девяти, а теперь вот будут и шестнадцати. Чистота, как вы поняли, тоже фирменная. Площадки для детворы и спорта тоже в каждом дворе. И очень все душевно.

Владимир Кошелев, Ростислав и Ирбек Хугаевы и Евгений Чудаев строят свои новые миры красиво и удобно. Продумано все – от парковок до отдыха. В Ключах – отдельной стаей сбились недалеко от жилья одинаковые аккуратные гаражи. В Волгаре для машин предусмотрены огороженные асфальтовые площадки в центре просторных кварталов. Южный Город построил четырехэтажную наземную парковку. Купить в ней место для машины, под крышей и с охраной, можно за 85 тысяч рублей (москвичи в этом месте крякнут: столичная цена за такое – минимум полтора «лимона»).
Владимир Кошелев затевает сейчас в Ключах огромный сквер длиной в три километра – с художественными фонарями, каштанами, липами, рябинами, лавочками красивыми, тротуарами, дорожками для велосипедов и роликов.
Братья Хугаевы вычистили примыкающую к поселку вплотную сказочного вида дубраву (вывезли 475 машин мусора и гнилья). Дорожки теперь по дубовой роще прокладывают, скамейки ставят.
А Евгений Чудаев в августе открывает в Южном свой Арбат (вот так, ни больше ни меньше). Это 600 метров широченного проспекта, со светомузыкальным фонтаном, шикарными цветниками, газонами, выложенного разноцветной плиткой полукружьями удивительной красоты (не спросила, кто архитектор, но – браво!), большими и маленькими фонарями, скамейками, концертной зоной, площадкой для подростков, детскими комплексами для маленьких. А если посмотреть направо, в широкий просвет между домами, то видно и место будущей набережной речки Подстепновки. Я смотрю на проект зоны отдыха. Видели бы вы эту красоту, боже мой! И доминанта прекрасной набережной будет такой: белый храм во имя Святителя Николая высотой 60 метров.
Можете не сомневаться в том, что он будет построен. Так же, как и зоопарк, и парк (под них оставлено 150 гектаров), и много чего еще. Сейчас в Южном Городе живут 5 тысяч жителей (первый камень в строительство губернатор заложил в июне 2013 года). «Спустя десять лет, – утверждает Евгений Чудаев, – будет 300 тысяч». В Волгаре жителей сегодня – 5,3 тысячи человек. «Через несколько лет их станет 70 тысяч», – это Ирбек Хугаев. Жителей Крутых Ключей насчитывается 70 тысяч (далеко к горизонту зашагали новые кварталы, уже и больше­этажные). «В предстоящие семь – десять лет выйдем на 350 тысяч жителей», – говорит Владимир Кошелев. Спокойно говорит, без «понтов» и торжественной декламации, все просчитано, все обосновано. Так и будет. Вы понимаете, что это значит?
Самаре не нравятся сравнения со столицей Мордовии. Ну что ж, пусть будет так, но не в этот раз. Итак, 720 тысяч жителей, для которых в ближайшие годы построят квартиры в трех новых районах Самары, – это по численности население Саранска и еще раз Саранска, и еще 120 тысяч человек… Просто представьте себе это. Просто представьте.

ЗЕМЛЯ ОБЕТОВАННАЯ
Нет, вам все-таки надо самим все увидеть – и эти цветные кубики жилых кварталов, и спортивные и детские площадки, и новые детсады и поликлиники. Надо пройти по шикарному, сияющему кафелем, с аквариумами,
«вмонтированными» в колонны вестибюля, спорткомплексу в Южном – с бассейнами, взрослым и детским, со спортзалами, тренажерами и бог знает чем еще.
Евгений Чудаев и директор Руслан Иштряков показывают потолки спортзала и бассейна, аж из Новосибирска привезенные. В бассейне он сделан в виде большой волны, а по ней… щелкают выключателем, с интересом глядя на меня: умру от восторга или нет? По волне бегут сверкающие огни светодиодов. Я умираю. Нет, правда, здорово. «Николай Иванович, как только приехал, планку поднял нам очень высокую, – улыбается Евгений Николаевич. – Видите, держим».
Отдельная глава – новые самарские школы.
Главный строительный инженер всея Волгаря Александр Васильевич Колесниченко быстро идет по широким, еще в цементной пыли, запахе краски, разносимом горячим сухим сквозняком, еще с незакрытым нутром сверкающих под потолком труб, коридорам огромной школы. Он машет рукой то влево, то вправо: класс хореографии – вешаем зеркала, тут мастерские – станки уже завезли. Тут библиотека, аудиотека, лингафонный кабинет, учебные лаборатории. Тут столовая, тут спортзал, тут актовый зал (фактически целый театр) на 600 человек. Я еле успеваю бежать за Колесниченко по нарядной, нескользкой (проверила), цветными полосами выложенной плитке. Потом вверх по лестнице, вниз, налево, направо: а тут вот что, а тут вот. Внезапно он останавливается и спрашивает меня строго: «В Кошелеве в новой школе были? Как там у них готовность – больше, чем у нас?»

Была. Тоже бегала по таким же (только не полосками, а вразброс) нарядным напольным плиткам за начальником стройки Виктором Владимировичем Кокшенковым. Смотрела на высоченные потолки и окна, на быструю, слаженную, сосредоточенную работу (каждый тащит, сверлит, вкручивает, клеит) строительного муравейника. Из внутреннего окна в перегородке у медпункта разглядывала мощную чашу нового школьного бассейна – четыре дорожки по 25 метров. Большой оранжевый агрегат с ревом ровнял перед школой щебенку под асфальт. Человек в каске кричал что-то строителям на том конце школьного стадиона. Те показывали на уши – не слышим! И неудивительно, там почти Лужники, даже туалет сейчас строят специальный у футбольного поля, а то малышня заиграется, через такое расстояние до школы не добежит.
«Па-ста-ра-нись!» – крикнули у меня над ухом. Машина повезла куда-то коробки с оборудованием. Она точно знала, куда, а я не знала и поймала себя на мысли, что досадую на то, что мое тело здесь – инородное. Мне тоже хотелось быть своей в этой строительной громадине, в этой буче, боевой, кипучей, тащить, сверлить и кричать что-то важное на тот конец стадиона. Если бы не компьютеры в прорабской, было бы полное ощущение того, что вокруг ударная комсомольская стройка и что забытое слово «энтузиазм» пробило толщу времени и заполоскалось снова на сильном свежем ветру, правда, уже не красным, а трехцветным знаменем.
…В этом году Самара отмечает юбилей хорошего человека, самого уважаемого в народе из прежних руководителей Куйбышевской области – Героя Социалистического Труда Владимира Павловича Орлова. За двенадцать лет его работы область вошла в пятерку самых развитых регионов страны (тогда еще большой нашей Родины – СССР). Резко выросли объемы промпроизводства, сельского хозяйства. Химкомбинаты, шоколадная фабрика, монумент Славы, кардиологический центр, госуниверситет и многое другое – все это поднялось при нем или, как строительство метро, решилось при нем. При Орлове, сообщает не очень давний справочник, развернулось самое большое жилищное строительство за всю историю области.
Не знаю, мистики, конечно, тут никакой нет, но вы откройте Интернет, найдите фотографию Орлова и посмотрите, насколько они похожи с Николаем Ивановичем даже внешне. Хотя из разных концов в Самару приехали: один – из Калуги, другой – из Мордовии. Но самое главное – удивительно похожи не только внешне. Не буду дотошно сравнивать орловские и меркушкинские цифры (нынешние больше) уже и поэтому. А еще потому, что хочу не противопоставлять, а наоборот – соединительную линию провести от той эпохи к нашей. Ставшие самыми большими в истории области нынешние объемы жилищного строительства Владимир Павлович оценил бы как никто другой. Кому, как не ему, было знать, каких сил это стоит, и кто, как не он, порадовался бы сейчас новой высоте, взятой его любимой Самарой.
Уже в пенсионном возрасте Орлов уехал в Москву, работал первым замом председателя правительства, был председателем президиума Верховного Совета РСФСР, но всегда помнил про Самару, всегда ей помогал, жил ее судьбой.
А теперь нынешние цифры, просто цифры. В 2010 году Самарская область вводила в строй 1 миллион квадратных метров жилья и замыкала по этой статье (в подушевом исчислении) рейтинг поволжских регионов. В 2015 году область построила 2,2 миллиона жилищных «квадратов» и стала лидером в ПФО.
Почему оказался возможен такой рывок? Владимир Кошелев объясняет: все просто, раньше желающих купить жилье в районе, где нет школ, детсадов, поликлиник, спорткомплексов, было мало. От строительства жилья застройщик получает прибыль. От строительства «социалки», если ее никто ему не оплачивает, он терпит такие убытки, которые любую компанию просто утопят.
Школа на 1360 учеников с бассейном и стадионом в Крутых Ключах стоит далеко за 800 миллионов рублей. Если только немногим меньше стоимость школы в Волгаре – тоже огромной, тоже оснащенной, тоже со стадионом, рассчитанная на тысячу школьников. Сумасшедших денег стоит и учебное заведение на полторы тысячи учеников (!) в Южном Городе. «Когда узнал, что принято решение выделить средства на ее строительство, я сказал Николаю Ивановичу, что мы сделаем здесь лучшую школу в области», – говорит Евгений Николаевич. А он что? «А он поправил: надо не в области, а в России!»
Когда в Самару пришел Меркушкин, он заключил с крупными застройщиками взаимовыгодный договор: они строят для людей социальные объекты, областной бюджет выкупает их максимально дешево, по себестоимости, то есть по сумме затрат компании. Компания не получает за стройку денежной прибыли, но зато, обеспечивая жителей своих районов нужной социальной структурой, сильно повышает спрос на дома. С этого момента комплексное жилищное строительство в новых районах стремительно рвануло ввысь и вширь.
Конечно, на примере «трех китов» это движение видеть намного легче. Но изменения эти пошли и по всей области. Может быть, не с такой скоростью, как в Самаре, но пошли. Несмотря на то, что областной бюджет Николаю Ивановичу достался тяжеленный – кризис и обвальная цена нефти, – с новым губернатором в регионе начинается резкий рост бюджетных вложений в строительство, и прежде всего – в социальные объекты. В 2012 году через областной минстрой инвестируются 9 миллиардов руб­лей, в 2013-м – 17 миллиардов, в 2014-м – 20,8 миллиарда. 2015 год был очень сложным. Из-за падения цены на углеводороды бюджет был вынужден вернуть деньги крупнейшим налогоплательщикам, которые внесли большие авансовые платежи (закон так обязывает – авансом). И 12,4 миллиарда вернули. Но даже при этом в бюджетное строительство были направлены 16 миллиардов рублей, что в любом случае втрое больше объемов рубежного 2011 года.
Часть этих денег пришла и придет к застройщикам Ключей, Волгаря и Южного Города. Я бы даже сказала так: заслуженно придет. Причем средства на «социалку» – это, конечно, далеко не все.
Мы стоим посреди строящегося в Южном Городе Арбата. Евгений Николаевич показывает рукой: вот в этом направлении – минут пятнадцать езды – уже стоят новые промышленные производства: индустриальный парк, завод Бош, логистический центр. Это хорошая работа для наших жителей. Вот там достроенный Николаем Ивановичем Кировский мост. Назад поедете, увидите: справа от дороги работы идут большие – это уже тянут Фрунзенский. А здесь, в прогале между домами, к нам придет канатная дорога. Мы ее называем «воздушное метро». На этом месте, рядом с Арбатом, будет конечная станция. Мы понимаем, что деньги потребуются большие, и готовы принять участие в проекте.
Телефоны Чудаева звонят непрерывно. Он нужен везде, он нужен всем немедленно по куче важных вопросов. Вокруг нас строят дома, достраивают школу, еще один детсад, опять с бассейном, озеленяют спортивную аллею, кладут асфальт, очищают русло Подстепновки, уточняют проект новой поликлиники, устанавливают во дворах поливалки, прицеливают теодолиты на заросшее полынью огромное степное пространство, где скоро будут торговые центры, административное здание, почта, банк и… Меня опять берет досада, что я здесь не своя. Но надо ехать.
Пока мы обсуждали с Евгением воздушное метро, замечательный человек, Валерий Анатольевич, с которым мы сюда приехали и смотрели вместе спорткомплекс, дома и стройку, разговаривал с жителями. Едем, рассказывает азартно: «Ну, они тут говорят: хозяин! С утра до позднего вечера на стройплощадках и во дворах. Все знает досконально. В каждую мелочь вникает. Сейчас его ждут подъезд принимать». Что? «Да Чудаев тут каждую квартиру и каждый подъезд сам принимает. Стену раскрасили – должен утвердить». Опять не въезжаю. Валерий Анатольевич отрывает обе руки от руля и энергично чертит ими в воздухе: вот так, над входом полоса снизу вверх и на ней квадраты разноцветные! Торопливо говорю: поняла-поняла. Валерий Анатольевич берет руль и филигранно выруливает дорожный поворот.
До большой Самары недалеко. Вот показались первые дома. Не знаю, почему мой взгляд цепляется за дом у перекрестка. Остановимся, Валерий Анатольевич?

«ИСПОКОН ВЕКУ ТУТ У НАС ТАК…»
Первое здание от угла на улице Крупской, дом №24. Всплыл в памяти старый мультфильм по сказке Маршака: «И убога, и мала, в землю, кажется, вросла. Кто живет в той хате с краю, я и сам еще не знаю...» В серой дощатой одежке, с треснутыми ставнями на крюках из позапрошлого века, в заплатках из старых железок, с оттопыренными, как карманы, завалинками. Вспомнила почему-то и Пиню Гофмана: он в карманах кирпичи носил, говорил, что золото. Домик так же убог и беззащитен.
Нет, не совсем так. Стоило постучать в ворота, как страшная злая собака зарычала, захрипела, залаяла из-за забора. Наклоняюсь к калитке, тоже сбитой из ветхих заплаток, говорю миролюбиво: «Ну кто тебя придет грабить? Всем же понятно, что взять тут совсем нечего». За забором наступает тишина. «Эй, есть дома кто-нибудь?». В узкую щель под калиткой просовывается маленькая мордочка с черными бусинками глаз. Это ты злая собака? Протягиваю руку погладить, но «сторож» испуганно отскакивает назад. Не привыкла верить в чужое добро.
Иду от перекрестка вверх по улице Куйбышева. Все ворота заперты, никуда не пускают. Только вход в дом №19 открыт широко. Внутри двора, на приступочке у двери, сидят Оксана и ее соседка Надежда Яковлевна. Двор выглядит так, будто Гулливер, играя здесь в детстве, налепил когда-то давно коробок, прикрыл крыши драной рогожкой: это у нас будут квартиры. Бросил вглубь помятый, наклоненный так, что страшно смотреть, дощатый ящик: а это будет дом.
Квартиры и перекошенный дом – жилье неприватизированное, муниципальное. Но местная власть сюда не заходит. «Крыши не чинят, – перечисляют женщины, – двор не чистят, только квитанции за «коммуналку» носят исправно. Мало того, что за водопровод платим, так еще и за колонку надбавили, что стоит во дворе. А мы воду из нее не берем, другие люди из соседних домов приходят».
У них нет водопровода? «Да не то что этого. У некоторых и газа нет – дровами печки топят. А эти вон из кривого домика и в туалет уличный за полквартала бегают. Испокон веку тут у нас так».
Двенадцать лет назад какая-то «купчиха» купила на втором этаже квартиру. В угаре (иначе не объяснить) понадстраивала над трухлявым домом… Над входом в квартиру Надежды Яковлевны пришпандорила к стене бетонные плиты. Может, виделся ей здесь балкон с самоваром? Куда потом унес злостную фантазерку ветер судьбы, неизвестно. А плиты над головой остались. Стена под ними пошла страшными трещинами. «А, – машет рукой Надежда Яковлевна, – один конец. У меня только полквартиры отапливается, а половина – нет. Накопила с пенсии, купила холодильник, поставила на кухню. А он зимой возьми и сдохни. От холода». Внутреннего? «Наружного! Мастера вызвала. Он температуру померял – шесть градусов. И говорит: «Мамаша, какая же техника выдержит?» А мы вот – ничего».
Оксана добавляет: «Как прочитаем, что там построили, здесь построили, так везде хорошо, – ну просто злость берет. Кому хорошо? Богатым? А мы кому нужны? Да мы еще ладно. На углу, на Крупской, в старом доме пожилая женщина живет с двумя дочерьми и двумя внуками. Крыша – решето. Как дождь – караул кричат».
…Дальше едем удрученные. Опять из детского стишка в голове: «Изба у нас без крыши, а пол прогрызли мыши, а ветер дует в щели, а хлеб давно мы съели…» Валерий Анатольевич говорит: «Вот взял бы кто-нибудь состоятельный и подарил бы хоть этим, на Крупской, квартиру». Я качаю головой: вряд ли. Это в сказке кот Василий пришел, с тетей-кошкой «тили-тили-тили бом, и построен новый дом». Или как там? А в жизни…

ПАРАЛЛЕЛИ И ПЕРПЕНДИКУЛЯРЫ
Подарков таких в жизни действительно не бывает. Но не все так беспросветно. В нынешней жизни есть, действительно есть много хороших путинских федеральных программ, в том числе и жилищных. В Мордовии Меркушкин ликвидировал с помощью этого рычага почти все бараки и трухлявые дома. Во всяком случае, в Саранске. При нем республика была первой по участию в программах строительства ипотечного жилья, льготного жилья для молодых семей, для ветеранов, для сельских жителей, для переселения людей из аварийного и ветхого фонда. Федеральное финансирование объемов переселения из старых домов было удвоено в результате празднования уникального тысячелетия единения мордовского народа с народами Российского государства, подготовку которого вынесли на своих плечах Путин (он возглавил оргкомитет) и инициатор мероприятия Меркушкин.
Мордовия максимально использовала все свои квоты и забрала все «невыбранные» средства, не освоенные или даже не взятые другими регионами страны, в том числе и Самарой. Почему не взятые? Потому что условием всех программ и нацпроектов было софинансирование, то есть долевое денежное участие региона. А это очень трудная работа. И с большой ответственностью связана – поди-ка отчитайся перед Москвой за каждую копейку.
И еще, для полного понимания. Те льготные программы приходили в регионы с утвержденными параметрами расходования федеральных денег. Например, если это касалось жилья (а были не только жилищные), то с фиксированным потолком цены квадратного метра и ветеранской квартиры, и квартиры для молодой семьи, и капремонта старых домов. То есть «пилить» застройщику и не только там было нечего. А стало быть…
Обидно, потому что в те годы налитой большими нефтяными деньгами самарский бюджет с бюджетом небольшой республики был просто несопоставим. Сколько могли бы
сделать…
При Меркушкине за очень короткий срок количество обеспеченных бесплатным жильем фронтовиков удвоилось. Почти втрое за последние годы выросли объемы сельского строительства, почти полторы тысячи семей построили в селе льготное жилье. За последние три года господдержку в строительстве жилья получили 5,6 тысячи молодых семей.
Не хочу мазать черной краской все, что было в Самаре до Николая Ивановича. И губернаторы были далеко не глупые люди, и экономика развивалась, и жилье строилось. Но действительно далеко не такими темпами. Но действительно в основном не для простого человека.
Ну и общая атмосфера, согласитесь, была все-таки специфическая. Не просто же так область стала одним из «лидеров» страны по обманутым дольщикам. К 2012 году – 144 объекта, свыше 15 тысяч обворованных людей – нагло, в открытую, на глазах у власти. Даже сегодня еще двенадцать из тех 144 проблемных объектов не завершены.
Кроме этого списка, то там, то здесь всплывают новые отвратно пахнущие истории. Тольяттинский депутат Владимир Бокк сражается сейчас за ЖСК «Жасмин-Дом». Началось все десять лет назад: 127 семей заплатили деньги, пережили мытарства долгостроя и заселились, наконец, в квартиры. И тут приходит банк и говорит: выселяйтесь! Почему? Человеку без трех юридических образований понять невозможно. В абсолютно мутном водовороте крутятся векселя, мелькают хитрые морды, названия банков, аффилированные фирмы, перечисленные и неизвестно куда уплывшие деньги, возбужденное и прекращенное уголовное дело, судебные разбирательства, мычание Регпалаты, ответы прокуроров… Какие-то хитрые бумажки ловко состыковались в этом водовороте: где приклеились к букве закона, где перепрыгнули через нее, где пролезли в узкую щель. И пожалуйте – на выход! Люди плачут... Семьи с детьми.
Меркушкину приходится заниматься здесь разгребанием жуткой проблемы, которую в Саранске он просто не знал, – в республике власть железной рукой не допустила ни одного (ни одного!) случая с обманутыми дольщиками.
И многое другое приходится либо разгребать, либо разворачивать в нужном направлении – требованием, разъяснением, но главное – созданием и расширением команды соратников, единомышленников среди деловых людей, в исполнительной власти и депутатском корпусе.
Когда Николай Иванович работал в Мордовии, далеко не самая большая и богатая, но самая думающая о простых людях республика была абсолютным лидером в стране по программе строительства дешевого жилья для молодых семей. Бывало, что выбирала четверть всех отпущенных на ее реализацию федеральных средств.
С 2014 года президент России запустил новую строительную программу «Жилье для российской семьи». Подробно здесь о ней не буду рассказывать, прочитайте в Интернете. Там вся информация: кто в нее вхож, какие льготы может иметь. Если коротко, то она как раз для людей небогатых. И кто, как вы думаете, в прошлом году выбрал четверть всех федеральных денег для своих жителей по этой программе? Кто, по оценке Минстроя России, выполнил самый большой объем работ по стране, а значит обеспечил самое большее количество людей доступным жильем? Правильно, Самарская область. Нет, ну какие параллели, однако, по пространственной горизонтали.
…И какие перпендикуляры по временной вертикали. Интересно было бы знать, сколько же денег было срублено в домеркушкинской Самаре на обмане дольщиков, на диком завышении проектной стоимости объектов. Причем не только строительных, но и дорожных, на фейковых проектах и прочих схемах. Как сказали мне в областном минстрое, когда в 2013 году меняли руководство СОФЖИ (государственное ипотечное учреждение), то обнаружились нецелевое расходование бюджетных средств этим учреждением – на один миллиард руб­лей. При попустительстве власти, по чьим-то личным интересам миллиард бюджетных рублей пустили незнамо на что, мимо основной, государством обозначенной цели, мимо Надежды Яковлевны и Оксаны, мимо перекрестка с улицей Крупской, мимо дома №24, собачонки, честно охраняющей заплаточный дом, мимо детей, которые живут там сейчас под дырявой крышей… Мимо.
В Самарской области в 2013 году из аварийных и ветхих домов переселили в новые дома полторы тысячи человек. В 2015-м – 4,8 тысячи. Но сколько еще осталось, с какой многолетней, накопленной до Меркушкина запущенности…
Как жаль, что в одном из самых сильных, самых умных, самых славных российских регионов долгие годы шуровали втихаря и в открытую люди, которые слово «добро» понимали только как имущество-достаток. Хотя почему «понимали»? Все здесь, никуда не уехали, ждут момента. Если бы только покачнулся Меркушкин на выборах или в результате какой провокации (а их уже было много), то все кровососущие слетелись бы на бюджет в мгновение ока. Оголодали, поди…
Но ничего, привыкайте теперь, господа, к диете. Реванша не будет. Разумный народ во многом уже разобрался. Во многом.

НОВЫЕ ПЕСНИ О ГЛАВНОМ
Выныриваем из прошлого. Новые подходы к жилищному строительству – это на самом деле не только рост числа нарядных домов с песочницами и цветниками. Далеко не только. Стремительный рост комплексной застройки за четыре года снизил стоимость квадратного метра жилья эконом-класса, то есть для небогатых людей, почти на треть. Экономисты посчитали, что только на этом жители области сэкономили 18 миллиардов своих рублей.
Идем дальше. Общеизвестно, что одно рабочее место в сфере строительства создает пять – семь рабочих мест в смежных областях. За последние, или, как правильно сказать по-самарски, за крайние годы, в регионе созданы десятки новых современных производств строительных материалов. Юродивый Пиня Гофман, когда говорил про кирпичи в своих карманах, что это золото, по большому-то счету был сильно прав.
За последние три года инвесторы вложили в производство стройматериалов миллиарды рублей. Причем вложили в суперпроизводство, в новейшие технологии. И еще одно «причем»: сделали это в кратчайшие сроки.
Только один пример – производство крупных стеновых блоков. 2013 год – выпущено 18,4 миллиона условных кирпичей, 2015-й – свыше 30 миллионов. Это количество.
Теперь пример качества. Домостроительный комбинат «Древо» с помощью автоматики, роботов выпускает абсолютно новые железобетонные плиты перекрытия – легкие, потому что многопустотные, высокопрочные, потому что армированные.
А теперь соединим качество и количество. 70 процентов объемов продукции комбината идет на застройку Южного Города. Поскольку это один холдинг – нет накруток посредников, поскольку он здешний – нет больших транспортных расходов. И это одна из причин того, что Евгений Чудаев продает сейчас квадратный метр новой квартиры в хорошем доме без отделки за 33 тысячи рублей, с отделкой – за 35–37 тысяч. Практически такие же цены в Кошелеве и Волгаре.
Свою стройиндустрию – завод ЖБИ, бетоносмесители, производство металлоконструкций, окон и прочего – создал и Владимир Кошелев. Только у него на этих производствах сегодня работают 2,5 тысячи человек. С нормальной зарплатой. Кстати говоря, у всех «трех китов» примерно одинаковые не только цены на жилье, но и заработная плата строителей. Например, квалифицированный каменщик получает 50 тысяч рублей (в сезон до 70-ти и выше). «Не обижаем и остальных, – говорит Евгений Чудаев. – Зарплата разнорабочего на стройке – около 35 тысяч рублей».
Семья Татьяны, которую я встретила с ее маленьким сыном в Южном Городе, взяла квартиру в ипотеку. Муж работает строителем, зарплата позволяет выплачивать кредит. Их Матвей, когда вырастет, будет вспоминать не съемную хибару, а занавески, кухонный стол, деревья под окном и запахи маминых пирогов, которые встречали его в прихожей своего собственного родного дома...
Три самарские комплексные жилищные застройки сегодня признаны самыми эффективными, самыми лучшими в России. В июне этого года В.В. Путин включил В.А. Кошелева в состав Совета при президенте РФ по жилищной политике и повышению доступности жилья.
Помните, когда Николай Иванович Меркушкин приехал в Самару, он называл самые главные задачи нового времени. Он говорил, что экономика, конечно, важна, но главное, что нужно изменить после многих лет «дикого» рынка, – это сознание человека. Чтобы хорошо продвигаться по всем направлениям развития, нужно, чтобы на этих направлениях появились не только деловые, но и правильные люди.
Кошелев, Чудаев и Хугаевы относятся к тому, что построили и строят, не только как к бизнесу. Тут гораздо большее. Казалось бы: сделал, продал, а дальше – хоть трава не расти. Нет. Ни один из них не отдал свой прекрасный город на разграб­ление непонятным управляющим компаниям. Каждый создал свою, гарантированно добросовестную, чтобы новые миры были чистыми и яркими. Более того, Владимир Алексеевич Кошелев тратит в год 20 миллионов рублей своих (!) денег на то, чтобы содержать в порядке дороги, проходящие в Крутых Ключах, хотя формально это зона ответственности муниципалитета.
Ростислав Эрастович и Ирбек Эрастович Хугаевы на свои деньги возродили прекрасную дубовую рощу, сделали сквер 70-летия Победы, посадили в нем семьдесят лип, создали мемориал. Девятого мая жители их красивого города приносят к нему цветы.
Евгений Николаевич Чудаев дополнительно к бюджетным деньгам на строительство спортивного комплекса потратил 30 миллионов своих денег на тот самый потолок со светодиодами, изумительной красоты плитку с веселыми рыбами в детский бассейн и много других «чудесностей», не предусмотренных проектом, но сильно улучшивших комплекс.
Надземную парковку помните по цене машиноместа в 85 тысяч рублей? Так вот, даже себестоимость каждого (без прибыли) составляет 120 тысяч. Разницу доплатил из собственного кармана. Только берите, люди, только привыкайте к новой культуре жизни, ко дворам, не забитым стадами машин.
В Южном Городе Евгений заменил некрасивые павильоны на автобусных остановках красивыми – из пластика и закаленного стекла. На столбы вдоль дороги повесил электрические зеленые елочки. На детских площадках опять же за свои деньги положил мягкое покрытие.
Такая вот мелочь: детские площадки здесь огорожены сеткой, чтобы кошки не лазили в песок. И еще одна: рядом с мусорными контейнерами (заглублены в землю, вокруг чистота) стоят сеточные ящики для пластиковых бутылок. И знаете – полные! Народ учится не уничтожать природу. Он многому учится здесь. В этих новых мирах – во всех трех – жители объединились в интернет-сообщества. Дружат, обсуждают свои проблемы, меняются остатками стройматериалов после ремонта. В Южном Городе народ списался через свою группу, напекли кто блинов, кто пирогов, вышли на улицу вместе праздновать Масленицу.
…По закону территорию стройплощадки в определенных местах теперь должны предварительно обследовать археологи. Там, где в Южном Городе будет стоять храм, нашли место древнейшей стоянки людей, которые жили здесь в эпоху неолита. С этой эпохой, завершившей каменный век, историки связывают начало формирования древних цивилизаций. Чудаев расширяет плановое обследование, оплачивая, как вы уже догадались, дальнейшие работы личными деньгами. И археолог Вера Александровна Скарбовенко, получив возможность продолжить раскопки, делает со своими студентами еще одно открытие – на берегу Подстепновки она находит поселение эпохи бронзы. Дальше я разинула рот и не успела все записать. Но свое потрясение, когда прозвучало слово «Аркаим», помню. Через перечисленные Верой Александровной предшествующие культуры – от людей, живших здесь и ходивших по этой вот, вынутой из страшной глубины веков земле, протянулась ниточка в еще большую глубь, в пятое тысячелетие до нашей эры, на Южноуралье, к одному из величайших центров невероятной древней цивилизации. Я не могу тут подробно рассказывать. Откройте Интернет, почитайте про город-храм, город-обсерваторию, с величайшей точностью ориентированный на звезды. Про их удивительные технологии, про необъяснимые совпадения со Стоунхенджем. И, наконец, про пирамиду, купол которой был украшен «Деревом жизни».
Помните, как называется чудаевский строительный холдинг? «Древо». Совпадение, конечно. Но какое!

ПО ГЛАВНОЙ УЛИЦЕ С ОРКЕСТРОМ
На главном проспекте Крутых Ключей на скамейке сидит отлитый в бронзе солдат во фронтовой гимнастерке, с орденами на груди и тёркинской гармонью в руках (памятник этот душевный сделан, как вы уже поняли, тоже не на бюджетные деньги). А на въезде в город стоит знаменитая «тридцатьчетверка» с надписью «За победу!» И сходятся к этому танку, встречаются тут на равных две улицы – имени рядового Финютина и маршала Устинова. Все улицы Крутых Ключей названы в честь героев войны и труда.
Главный проспект носит имя Елены Васильевны Шпаковой. Очень красивый проспект очень красивого города. «Иначе мне нельзя, – сказал Владимир Алексеевич, – ведь в «Кошелев-проекте» – моя фамилия».
Главный проспект Южного Города называется Николаевский. Он назван Евгением Николаевичем Чудаевым в честь своего отца.
А главная улица Волгаря называется Осетинская. Названа братьями Хугаевыми в честь своего народа. И посвящена она всем народам мира (параллельно ей идет улица Народная). Пусть простят меня преподаватели всех журфаков страны, но я нарушу сейчас незыблемые газетные законы, запрещающие длинноты. Вдоль главной улицы нового города растут очень красивые елочки – ухоженные, политые. Иначе тоже нельзя. Это не только дар новому городу, это полномочные представители целых народов. Иду вдоль молодой аллеи, читаю висящие на елочках таблички. «От русского народа», «От узбекского народа», «От украинского народа», «От чеченского народа». И дальше – от туркменского, цыганского, татарского, таджикского, немецкого, чувашского, грузинского, польского, греческого, молдавского, киргизского, казахского, мордовского, корейского, марийского, индийского народов, от вепсов, от езидов. Если вы не нашли здесь упоминания вашего прекрасного народа, не расстраивайтесь, там еще много места, на этой замечательной улице. Приезжайте, сажайте свою елочку, здесь ее никто не обидит. В сердце страны появилось место, где никто и никогда не сможет сказать с поганой интонацией «какой-то таджик». На огромном глобусе, где сходятся Осетинская и Народная улицы и незавершенная еще аллея народов, написано: «Мир добра» и «Мир дружбы».
Такой вот поворот только одной темы развития жилищного строительства.
До Меркушкина детсады, больницы и школы не строили в Самаре много лет. Теперь строят. Только в столице губернии в этом году открываются три новые школы. В Кошелеве и Волгаре их сдают к сентябрю, в Южном Городе достроят через полгода. Что интересно, школы сделаны по разным проектам. Но у них есть одно общее решение: каждая имеет два крыла. Одно – отдельное, со своей столовой, спортзалом, классами – для младших школьников, второе – такое же самостоятельное – для старших. И знаете что? Мне кажется, что эти крылья научат летать очень хороших людей. Которые поднимут, продвинут еще дальше и Самару, и область, и страну. Как часть сильной и уверенной в себе новой цивилизации.

Светлана СЕВАСТЬЯНОВА.

Другие материалы в этой категории: « ВЫШЛИ НА НОВУЮ «ОРБИТУ» ТОННЕЛЬ НА СТО ЛЕТ »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Полезные ссылки

 

Конкурс

Фоторепортажи

 

Видео материалы

Архив материалов

« Январь 2020 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

Наши партнеры

 

Please publish modules in offcanvas position.