Подписка онлайн

Лучшие материалы месяца

best

Ваш вопрос

Напишите нам письмо

Мы обязательно на него ответим. Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему Вас вопросу.

Архив материалов издания

Мы в Соцсетях

На дне

Автор  фев 08, 2020 - 748 Просмотров


Александр Денисов (на снимке) в Центре социальной адаптации уже второй раз. Находился здесь три года назад, должен был получить паспорт. И вдруг неожиданно исчез. В прошлом году вернулся, рассказал, что его украли цыгане, заставляли просить для них милостыню. Сейчас мужчине оформляют инвалидность. У Александра есть взрослый сын, но они не общаются.

 

Отношение к бездомным людям характеризует нас: кто мы – цивилизованное общество или человеческая стая, в которой выживает сильнейший?

УПАСТЬ ЛЕГКО…
Как люди становятся бомжами? Чаще всего схема одна: человек спивается, теряет работу, затем попадает в поле зрения черных риелторов и, лишившись жилья, оказывается на улице среди таких же, как и он людей, выброшенных на обочину жизни. Но не всегда бездомный – спившийся и опустившийся человек. Встречаются, и нередко, жертвы обстоятельств. Такой жертвой может стать любой из нас. Например, одинокий старик, потерявший жилье после того, как подписал дарственную. Или больной человек, преданный родственниками. Или вынужденный переселенец из бывшей союзной республики… Да мало ли превратностей судьбы, ломающих человеческие жизни. Случается, что бродягами становятся заслуженные в прошлом люди – преподаватели, инженеры, врачи. Верно же в народе говорят: от тюрьмы да от сумы не зарекайся.
Сто лет назад таких называли босяками. Сейчас кличут бомжами. И точно так же, как в знаменитой пьесе Горького, они, чтобы выжить, особенно в холодное время года, ищут временное пристанище в ночлежках.

…ПОДНЯТЬСЯ ТРУДНО
В Самаре таких ночлежек (официально – отделения ночного пребывания) две. Одна находится при Центре социальной адаптации, расположенном в поселке Шмидта, другая – при Тольяттинском социальном приюте. Самарское отделение рассчитано на двадцать пять коек, тольяттинское – на тридцать. Здесь же открыты стационарные отделения (на сорок пять коек в Самаре и на сорок три – в Тольятти), где люди без определенного места жительства, а также «сидельцы», освободившиеся из мест лишения свободы, могут жить по нескольку месяцев. За это время сотрудники приютов помогают им восстановить утерянные документы, пройти медкомиссию, оформить инвалидность, а старым и немощным – найти место в пансионате. Молодые и крепкие, восстановив документы, могут устроиться на работу и снять жилье. Все услуги в Центре соцадаптации и в социальном приюте оказывают бесплатно. Здесь трехразовое питание, и, если требуется, новую одежду постояльцам также предоставляют.
Но вот с ходу в стационар не попадешь. К услугам «новичков» лишь ночлежка, которая работает с восьми часов вечера. Но сначала – обязательная флюорография (чтобы исключить туберкулез), душ и горячий ужин. А на следующий день не позднее десяти утра постояльцы должны покинуть центр.
И только через месяц-другой, когда освободится койко-место, а сам бездомный пройдет медобследование, лишенного крова могут поместить в отделение дневного пребывания. Что поделать – нуждающихся в приюте гораздо больше, чем свободных мест.

ДОКУМЕНТЫ И БЮРОКРАТИЧЕСКИЕ «ВИЛЫ»
Но вот бомж наконец-то стал подопечным отделения дневного пребывания. Что дальше?
А дальше, как рассказал директор Самарского центра социальной адаптации Олег Козлов, специалисты начинают восстанавливать потерянные документы: одному – паспорт, второму – СНИЛС и медицинский полис, третьему – и то, и другое. Процедура эта непростая и небыстрая. Приходится устанавливать личность, делать запросы в полицию, в миграционную службу и в архивы. Дело движется быстрее, если сохранились хоть какие-то официальные бумаги, подтверждающие личность бродяги.
Женщинам чуть проще, чем мужчинам, которые до пятидесяти лет считаются военнообязанными и должны иметь еще и военный билет на руках. Но чтобы его восстановить, требуется паспорт, а чтобы восстановить паспорт, требуется военный билет – такие вот бюрократические «вилы», обойти которые крайне трудно. Если же утеряно и то, и другое, запросы отправляют в военкоматы, но там, увы, далеко не всегда идут на контакт – межведомственное взаимодействие у нас пока еще хромает.

ГУБИТ РАВНОДУШИЕ, СПАСАЕТ ЛЮБОВЬ
От житейских судеб постояльцев центра – мороз по коже.
Вот пожилой мужчина. Он попал сюда, когда еще проживал в одной квартире со взрослым сыном. Старику стало плохо, вызвали «скорую», и его отвезли в больницу. Все документы остались у сына, а тот как в воду канул – ни разу не навестил отца в больнице, на телефонные звонки и на письма не отвечал, и дверь не открыл, когда социальные работники лично выехали по указанному адресу. После выписки старика пришлось везти в Центр соц­адаптации – не на улице же его оставлять.
«Почему сын так со мной обошелся? И что мне теперь делать?» – растерянно бормочет старик.
«Не переживайте. Восстановим документы и оформим вас в пансионат», – как могут, успокаивают его сотрудники центра, которых подобными историями не удивить. Для них такие ситуации, когда дети выгоняют пожилых родителей на улицу, – не редкость.
Его «сосед по несчастью» – человек непьющий. Родился и вырос в советском на тот момент Таджикистане, работал водителем. Когда начались гонения на русских, потерял жилье и решил переехать к сестре на Украину. В дороге украли деньги и документы, и его, полуслепого (у мужчины больные глаза), высадили из поезда на каком-то российском полустанке.
Вот так началось его бродяжничество по огромной матушке-России. До сестры он так и не добрался. Через несколько лет мытарств попал в Самарский центр социальной адаптации и, кажется, впервые за долгие годы почувствовал к себе человеческое отношение. Впереди забрезжила надежда на более-менее нормальную жизнь. В его случае, чтобы восстановить документы, пришлось делать запрос в Таджикистан, а потом менять гражданство и оформлять инвалидность. В скором будущем его тоже ждет путевка в пансионат.

МОЖНО ПОДВЕСТИ ЛОШАДЬ К ВОДЕ
В общем, если человек действительно хочет вернуться к нормальной жизни, подняться со дна, то он поднимется. Ему помогут – было бы желание. Но беда в том, что мало кто из бездомных людей действительно хочет что-то изменить. Большинство вполне устраивает роль скитальца, живущего «под небом голубым». Ведь в социуме нужно что-то делать. Если ты молод, то придется работать. А праздная жизнь на улице развращает. На кусок хлеба и горячительное бомжи зарабатывают, прося милостыню. Они собирают бутылки и цветной металл, помогают продавцам на рынках принести-унести товар и, что греха таить, даже подворовывают. Ежедневно трудиться по восемь часов мало кто из них хочет.
Ну что тут поделаешь? Тут как в поговорке: можно подвести лошадь к водопою, но нельзя заставить ее пить.
Раньше функции, которые сейчас выполняют два маленьких приюта (и это на всю область), выполняли приёмники-распределители. Сегодня их нет. А количество бомжей (сколько их, скитальцев, точно не знает никто) не уменьшается. Наоборот – их число растет. Равно, как и недовольство горожан, живущих неподалеку от ночлежки. Ту, что в Самаре, недавно чуть не закрыли. Жители поселка Шмидта в очередной раз возмутились соседством «бомжатника» и школы: мол, почему дети должны ежедневно лицезреть асоциальных личностей? Не должны, конечно. Однако ведь и те, кто приходит в приют, спасаясь от голодной смерти в холодной подворотне, тоже люди, которые могут рассчитывать хоть на капельку человеческого тепла и милосердия.
Тем не менее компромиссное решение нашли – центр изменил режим работы ночлежки. Теперь бездомные покидают приют не в восемь, а в десять утра, когда школьники давно уже на уроках. Вместе с тем власти подыскивают другое здание для лиц без определенного места жительства, удаленное от детских учреждений и других объектов инфраструктуры. Переезд на нейтральную территорию полностью снял бы конфликт интересов.

ЧЕЛОВЕК И ЕГО СОБАКА
Да, я по себе знаю, что в соседстве с бомжами мало приятного. В нашем многоквартирном доме бездомные облюбовали бывшее бомбоубежище, приспособив его под зимнюю ночлежку. Конечно, жильцы возмущаются, то и дело вызывают полицию. Несколько раз входную дверь в подвал заваривали, однако бомжи, раскурочив, снова селились там. В конце концов жители махнули рукой: бог с ними, они тоже люди. Ведь на дворе зима, холод. Не замерзать же им.
И в заключение один маленький штришок. Одного из «наших» бездомных, передвигающегося с помощью костылей, повсюду сопровождает собака – крупная пестрая дворняжка. «Сожрут они ее», – уверенно предсказывал кто-то из пессимистично настроенных соседей. Ничего подобного! Прошло уже три года, а этот пес (кстати, очень умный и воспитанный, несмотря на дружбу с асоциальной личностью) жив-здоров и всегда неотступно следует за хозяином. Не исключаю, что они и милостыню вместе просят. Точно не знаю. Но вижу, как предан пес человеку, как слушается его. Не раз замечала, как бомж заботится о питомце, кормит его, делясь, вероятно, последним куском. А значит, не все человеческое в нем потеряно. Все-таки он наш брат. Пусть опустившийся и грязный, но брат.
Когда я поинтересовалась у своих знакомых их отношением к бомжам, то все они высказали общую мысль: бездомные нуждаются не в нашей оценке их жизни, им прежде всего нужна крыша над головой, особенно зимой и в непогоду. А еще – миска горячего супа. И кажется, что так просто – протянуть руку помощи тем, кто в этом нуждается, обогреть замерзших и накормить голодных, но стереотипы мешают и останавливают. Проще уверовать в то, что все бездомные – это социально опасный контингент, прошедший точку невозврата, нежели подарить человеку право на второй шанс.

* * *

Бесплатные обеды

В Самаре есть две организации, где любой человек может рассчитывать на бесплатный горячий обед. Среди благотворителей – лютеранская церковь Святого Георга (совместно с православным приходом в честь Преподобной мученицы княгини Елизаветы) и благотворительный фонд «Пища жизни».
Церковная организация кормит бедных обедами уже на протяжении десяти лет. Три раза в неделю – в понедельник, в среду и в пятницу, с 11.30 до 13 часов, на улице Маяковского, 97. Первые и вторые блюда готовят в столовой технического университета, а помещение, где люди могут поесть, выделила администрация города.
«Любой человек может рассчитывать на полноценный обед, – говорит пастор лютеранской церкви Ольга Васильевна Темирбулатова. – И никто не задаст ему вопросов про документы и вероисповедание».
Волонтеры из фонда «Пища жизни» выдают горячие обеды людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Это не только бездомные, но и инвалиды, студенты, многодетные семьи и пенсионеры. Контейнеры с едой нуждающиеся могут получить раз в неделю, в субботу, в 13 часов, по двум адресам: на улице Физкультурной, 3 (сквер имени Авиаконструкторов) и на улице Ташкентской, 107.
Также общественники раздают талоны на питание в кафе «Семь вкусов» и продуктовые наборы тем семьям, кто, по информации социальной службы, недоедает.
«Конечно, хотелось бы кормить голодных не только по субботам, но и в будни, – признается руководитель фонда Наталья Дерюжова. – В будущем мы планируем приобрести пищемобиль, – автомобиль с будкой, что позволило бы развозить горячую еду по разным точкам города. Тогда за день мы могли бы охватить сразу несколько районов и помочь еще большему количеству людей».

* * *

Олег Козлов, директор Центра социальной адаптации:
– К нам часто обращаются сердобольные люди – просят дать приют бездомным, особенно если те инвалиды, передвигающиеся на коляске или на костылях. Иногда и сами их к нам привозят. А те, как правило, переночуют, отогреются и снова идут на улицу. Там им привычнее. «Я курю, а у вас сигарет не дают», – говорит один. «У вас алкоголь запрещен, а мне выпить хо­чется», – признается другой.

* * *

Юлия Ленковец, и.о. заведующего отделением социальной службы:
– Удивительно, но даже здесь есть место светлым чувствам. Так, примерно полгода назад в центре подружились безногий мужчина и женщина, тоже имеющая проб­лемы со здоровьем. Когда для нее нашлось место в пансионате, оба разрыдались и отказались расставаться. А потом решили уехать вместе. Но не в пансионат, а в ее домик в сельской местности – без удобств и без газа. Мы думали, что зимой они снова у нас окажутся, тяжело же двум инвалидам и дрова заготавливать, и за водой ходить. Но нет, не возвращаются. Держатся друг друга. Видимо, вдвоем и с трудностями справляться легче.

Марина ГОНЧАРЕНКО.
Фото Романа ГРАМОТЕНКО.

Другие материалы в этой категории: « Папа сможет Как платить соцработнику? »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Полезные ссылки

 

Фоторепортажи

 

Видео материалы

Архив материалов

« Август 2020 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            

Наши партнеры

 

Please publish modules in offcanvas position.