Подписка онлайн

Акция

 

Опрос

У вас скопились книги. Что с ними делать

Лучшие материалы месяца

best

Ваш вопрос

Напишите нам письмо

Мы обязательно на него ответим. Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему Вас вопросу.

Архив материалов издания

Социальная газета

 

 

Есть в селе Большая Глушица удивительный уголок, где встречаются прошлое, настоящее и будущее

«Патриотизм», «любовь к родной земле» – слова эти от частого и бестолкового употребления блекнут и воспринимаются как дежурные штампы. Однако есть у нас опыт, когда без пафосных речей, кропотливо и неназойливо вплетаются нити достойного прошлого в ткань современности. Так рождается гордость. За свой край. За земляков. За то, что здесь родился. Как это делают в Большой Глушице – каждодневно и увлекательно.

ДОМ С ФАСОНОМ
Двухэтажный, недеревенского фасона дом этот украсил центральную улицу Базарную в 1885 году. Первый этаж – из красного кирпича, второй – деревянная мансарда с крышей округлой формы. Наряженный в деревянное кружево, с декоративными башенками и шпилями, наряду с аптекой Ледзинского, магазинами Пиненькова, Кучкова, усадьбой Азарова, дом свидетельствовал: хоть и далека от городов Большая Глушица (сто верст от Самары и двести от Уральска), но не захолустье, а село зажиточное, с достатком и вкусом домовладельцев.
Городской по архитектуре особняк на улице Базарной владелец, местный богатей по фамилии Миронов, отвел под трактир с гостиницей в мансарде (с расчетом на постояльцев, что прибывали на большие местные ярмарки с дальних уездов, а то и соседних губерний). Питейное заведение, однако, вышло с претензией на шик.
Лет тридцать назад старожилы вспоминали: будто в огромном подвале у трактирщика была бильярдная. И они, мальчишки, играя в лапту, наблюдали, как понукаемые сердитыми женами местные мужики, вчистую проигравшись «в шары», брели понуро по Базарной.
Осталась в народной памяти и доброжелательность состоятельного односельчанина, не раз выручавшего бедствующих соседей. А вот имя не сохранилось ни в документах, ни в устных рассказах: Миронов и все… Революция 1917 года смела и не таких деловых и приличных людей, как большеглушицкий Миронов. А вот дом его на Базарной, ставшей улицей Советской, пережил и хозяина, и лихолетье Гражданской войны, и все, что стало за сто с лишним лет судьбой, а также историей села и его жителей.
Был в нем и народный дом («дедушка» нынешнего сельского Дома культуры), а с 1939 года – отделение госбанка. В 1981-м банк переехал, и осевший от возраста особняк опустел, смирившись в ожидании разрушения и одинокой кончины. Но… еще почти сорок лет минуло, а дом жив-здоров и каждое утро открывает свои двери для гостей, как говорится, со всех волостей.

ИДЕАЛИСТ ПЁТР РУСЯЕВ
Если красностенный дом-красавец построил толковый предприниматель Миронов, то к жизни его возродил человек, далекий от торгового дела. Бывший редактор районной газеты, историк-краевед Русяев. Так и сошлись имена двух деятельных личностей в судьбе не только дома-памятника, но и в жизни Большой Глушицы и ее жителей.
Фронтовик, сельский интеллигент, преданный малой своей родине не речами, а делом, которым с радостью и тщанием занимался на сломе эпох – с 1985-го по 2000 год, Петр Яковлевич Русяев с нуля создал в мироновском особняке сельский музей. Нынешнее его название – историко-краеведческий музей управления культуры Большеглушицкого района.
Вместе с Петром Яковлевичем – автором неожиданной идеи – приспособить пустующее здание под музей, для которого тогда, в 1985 году, не имелось ни единого экспоната, работали такие же выдумщики, как он сам. И все – местные. Это Владимир Григорьевич Крюков, Игорь Петрович Славинский, Николай Петрович Поставной, Федор Федорович Резников.
Пять с лишним лет кропотливого труда на непаханом историческом поле: сбор документов, старинной крестьянской утвари, реликвий видных сельчан, письма-запросы в архивы, запись воспоминаний старожилов… И в 1991 году их стараниями в обустроенном их же руками особняке на улице Советской открылся общественный музей. В 2000-м тогдашний глава района Владимир Иванович Бугров реально поддержал Русяева сотоварищи – музей обрел статус муниципального.
В 2003 году Петра Яковлевича не стало. Но сиротой его детище не осталось.

НАСЛЕДСТВО ЗЕМЛЯКОВ
Музеем сейчас заведует Лариса Александровна Ежелева. После школы, уехав из Большой Глушицы в Самару, не представляла она, что скромные степные тюльпаны будут ей милее заморских красавцев-великанов, а неприметный на карте Большой Иргиз ближе и теплее могучей Волги… В 2011 году вернулась в родное село. И Ларису – дошкольного педагога-психолога по образованию и молодого директора учреждения – дом мироновский принял. Как и экскурсовода Татьяну Макарову, юную хранительницу фондов Юлию Глухову, смотрителя Александра Куряева – весь маленький музейный коллектив.
Особняк-памятник не только украшает Большую Глушицу, сохранив вопреки всем передрягам судьбы собственное достоинство и нрав, но и продолжает жить общей жизнью с нынешними своими односельчанами. В этой общности – особая стать сельского музея (которых, кстати, на всю область раз-два и обчелся).
Здесь, как в большом сельском доме, где обитает не одно поколение рода, нет разрыва между прошлым и настоящим. И не встретишь здесь предмета, исторической вещицы, который можно было бы назвать равнодушным словом «экспонат». Едва ли не за каждым – не просто история, а судьба людей, которые издавна тут укоренились, и по сию пору живут их дети, внуки. Потому как мало что в трехтысячном фонде Большеглушицкого музея приобретено или случайно найдено. Почти каждая «единица хранения» имеет собственное имя – того, кто принес в музей семейную реликвию или – вдруг пригодится? – крестьянскую утварь вроде валька или рубеля (предметы для стирки белья). И имя-то не чужое – кого-то из своих, большеглушицких.
Вот показывает Лариса Ежелева командирскую планшетку времен Гражданской войны. Передала ее Антонина Ивановна Мокшина. С 1919 года хранилась она в семье Нечаевых.
«Есть предположение, что планшетка принадлежала Василию Ивановичу Чапаеву, – рассказывает директор музея. – Когда его дивизия шла на Уральск, Чапаев ночевал в нашем селе, в доме Нечаевых. А после его гибели, как рассказывала Антонина Ивановна, красноармейцы передали планшетку хозяевам дома – в память о комдиве».


Дом-памятник, дом-музей – гордость села.

«А у нас в Малой Глушице, – вступает в разговор смотритель Александр Куряев, – все знали, как дед Тюрниковых чапаевцам две наволочки табачного листа принес. Так Василий Иванович в благодарность велел ему два мешка муки отсыпать».
Так сплетаются исторические факты и местные истории – не то были, не то легенды, которых здесь не чураются, потому как в них – дух неповторимого былого. Он здесь особый в каждом зале: суровый и горький там, где всё о Великой Отечественной войне и земляках-фронтовиках, теплый и родной – в крестьянской избе (Петр Яковлевич Русяев по бревнышку перевез когда-то часть стародавнего сруба). И всё здесь, как говорится, с миру по нитке. Только мир этот – свой, глушицкий.
Колбасовых в округе – со счету собьешься: из молодых кто в больнице работает, кто «КамАЗ» водит… А в музейной крестьянской избе от них, Колбасовых, часы-ходики, детская колыбелька – люлька по-старинному…
Комод – он тоже местный, из Константиновки прибыл, от семьи Колмогоровых. Этот угол – праздничный. Тут и зеркало, и предметы высокой крестьянской культуры. Конечно, это гармони!
Александр Егорович Дмитриев, который тридцать лет бессменно руководит народным хором в Большой Глушице, принес в музей свою любимую «хромку» – саратовскую гармонь-двухрядку, чтобы и другие могли полюбоваться этакой красотой.
Галина Юрьевна Кульмякова подарила музею гармонь, на которой еще её дед «Барыню» играл.
А у соседствующего с ними баяна – особая родословная. Сработал его в 1939 году местный умелец Михаил Николаевич Воробьев из того, что под руки подвернулось: белые кнопки на баяне – ракушки, найденные на берегу Большого Иргиза, прочие детали – из всякой домашней утвари. Самодельный баян Михаила Николаевича на все село слышно было в довоенную пору, и посейчас его меха не состарились, посильнее иных молодых звучат.
Легко дышится в крестьянской горнице и покидать ее не хочется. Но, к удивлению едва ли не всех гостей музея, во времена хозяина дома Миронова не одними земными трудами жила Большая Глушица.
Одна из комнат особняка отведена под выставки художественных произведений и музыкальные вечера. И картины именитых живописцев, и классические романсы, и оперные арии воспринимаются в гармонии с реликвией музея – немецким кабинетным роялем Hilwig 1870 года. Рояль принадлежал учительнице Лидии Михайловне Соколовской. Она, выпускница 1906 года Самарского женского епархиального училища, работала в Моршанском земском училище, а затем в Большой Глушице. До 1957 года учительствовала, заведовала начальной школой, была награждена орденами Ленина и «Знак Почета». А еще учила детей музыке на своем Hilwig. На весь район это был единственный рояль. После кончины Лидии Михайловны в 1975 году рояль перешел ее близким друзьям – семье Воробьевых. Они и передали эту реликвию в фонд музея.
Так и выходит, что дом этот вобрал в себя жизни многих и многих здесь живших и живущих. Ходить по его комнатам – все равно что оказаться в гостях в разные времена у разных, несхожих характерами и судьбами местных жителей. Это и есть «лица необщее выраженье» сельского музея – теплого, как русская печь в избе, глубокого, как колодец-журавль, щедрого, как земля здешняя, степная, черноземная.

…И СОРОК СВАДЕБНЫХ ОБРЯДОВ
Как когда-то при Миронове, в доме на Базарной-Советской не бывает пусто. По пять тысяч человек ежегодно принимает Лариса Ежелева с коллегами. Приезжим из Казахстана, Москвы, Тулы, Самары, Тольятти, соседних районов дорога в музей знакома. Само собой, больше всех посетителей – из местных. Да и какие они гости, если едва ли не каждый увидит здесь знакомое лицо на старом снимке или вещь из соседской семьи, вставит в рассказ Татьяны Макаровой: «И у деда нашего такая же лестница колодезная была». Или: «Анатолий Иванович Панарин! Герой труда, а такой скромный… Мне отец рассказывал, как в 70-е годы они вместе хлеб убирали…»
Но не одной классикой жанра – экскурсиями – живет районный музей. В начале своего заведования учреждением Лариса переживала: молодежь воспринимает музей как хранилище старины, отживших порядков, а ей хочется, разумеется, драйва, движения вперед, в будущее.
Когда Ежелева с Макаровой решились позвать тех, кто женится, в музей на славянский свадебный обряд, они отдавали себе отчет, что конкурировать им придется с современными технологиями, когда молодоженам при регистрации брака предлагают и «кино» про них, и прыжки с парашютом, и гостевание у Нептуна…
А что в музее предложить? Если в двух словах, то их «сценарий» строился на сердечности и народном юморе. Рискнули и не прогадали! Сорок свадебных обрядов уже прошли в особняке.
«В начале декабря встречаем Екатерину и… не знаю еще, как жениха зовут», – смеется Лариса Александровна и с радостью хозяйки рассказывает, как встречают молодых из загса: на крыльце потчуют сурьей (особо настоенный медовый напиток), и через коромысло, украшенное березовыми ветками и лентами, вводят в музейную «крестьянскую избу». А тут – народные обряды со значением: расхлебать гречневую кашу на счастье, да так, чтобы первая ложка досталась молодому хозяину, подержаться – для супружеской верности – за оленьи рога… И самый трогательный: молодой жене предлагают не глядя взять из люльки куклу. Так в старину определяли, мальчик или девочка станет первенцем у молодых.
…Вот и еще у одной молодой супружеской пары первый день семейной жизни начнется с яркого и душевного праздника в старинном особняке. Значит, музей со всем своим богатым наследством прошлых времен смотрит в будущее Большой Глушицы и людей, здесь живущих.

Нина АЛПАТОВА.
Фото Юрия БАЛАШОВА.

Опубликовано в slaid
Четверг, 06 декабря 2018 22:35

Полезные ссылки

"Испытано на себе"

Фоторепортажи

 

Видео материалы

Архив материалов

« Декабрь 2018 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            

Наши партнеры

 

Please publish modules in offcanvas position.