Сенсация самарской археологии

Культура и история
ИНСТРУМЕНТЫ
Для слабовидящих
  • Очень маленький Маленький Средний Большой Огромный
  • Стандартный Helvetica Segoe Georgia Times

Последний сезон для самарских археологов стал по-настоящему сенсационным. Раскопки на культурном памятнике Средневековья около села Власть Труда Волжского района остановились только тогда, когда ударили сильные морозы – в середине ноября. Многие сообщения об их открытиях и находках начинались не иначе, как с восклицательного слова «...впервые!»

  • Впервые на левом берегу Волги, в окрестностях Самары обнаружены следы металлургического производства эпохи раннего Средневековья. А рядом с ними – фрагменты земляночных построек, выполнявших роль кузнечного цеха.
  • Впервые в окрестностях Самары найдены следы древнего обряда кремации, который в основном практиковало славянское население.
  • Впервые в экспозиции Самарского историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина будет представлен древний кувшин, пролежавший в земле более тысячи лет...

На протяжении многих веков глиняный горшок был главной посудой в жилищах разных народов. По названиям горшков, дошедших до наших дней – крынка, кубышка, миска, кашник, ендова, гусятница, кувшин, можно составить определенное представление о быте и нравах наших предков. Само слово «горшок» происходит от древнерусского «горн», что означает плавильная печь. Но сначала лепить горшки было уделом женщин и сушили их на солнце. А обжигать в печах стали значительно позже, когда за дело взялись мужчины и стало зарождалось гончарное ремесло. Любой старый горшок, как и древняя книга, может многое рассказать о событиях, которые остались в далеком прошлом.

А на том берегу...

Этот обрывистый песчаный бережок у озера Барское ему приглянулся давно. И он приехал сюда снова – затеял на кухне ремонт, а для раствора понадобился песок. Когда автоприцеп был почти полный, песчаная стенка, в которую он в очередной раз воткнул лопату, вдруг пошла трещинами, зашевелилась и рухнула к его ногам. На оголившемся месте показался загадочный предмет, напоминавший днище горшка или кувшина. А через минуту-другую он уже держал в руках небольшой, но (по всему было видно) очень старый сосуд...

Так для Владимира Алексеевича Бараника, проживающего в селе Власть Труда, началась история, которая не переставала будоражить его воображение несколько лет. Было понятно сразу, что эта посудина не простая, с ней связана какая-то тайна... Но какая? Заняться ее разгадкой все никак не давали дела.
– Скоро на пенсию, – утешал себя бывалый речник. – Тогда и отнесу кувшин в музей, посоветуюсь, что с ним делать.
Однако загадочный кувшин еще долго хранился на его книжной полке рядом с любимыми книгами. Почти шесть лет. Пока нынешним летом к нему в гости не наведался старый приятель Игорь Юрьевич Кузнецов.
– Слыхал новость? – поинтересовался гость. – Палаточный городок археологи разбили за селом.
– Вот и повод отдать «мой» кувшин в хорошие руки, –порадовался вслух Владимир Алексеевич.
Но, как это часто бывает, что-то пошло не так. И ко всему прочему надо было отправляться в очередную командировку. Показать кувшин археологам пришлось попросить друзей.
На раскопе, что возник неподалеку от села, Игоря Кузнецова и его приятелей встретила Анна Федоровна Кочкина - заместитель руководителя археологической экспедиции Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина.
– Вашему сосуду цены нет, – заключила она. – До этого мы находили здесь одни черепки, которые можно датировать VIII - XIX веками нашей эры. А такого, чтобы целый-целехонький горшок дошел до нас – такого еще не случалось.

О том, кому и когда принадлежал этот загадочный горшок, пролежавший в земле более тысячи лет, и как он оказался под толстым слоем песка на берегу неприметного озерца, где уже полным ходом шло строительство коттеджного поселка, можно только догадываться.
Возможно, его хозяйкой была когда-то хазарская женщина, пришедшая в эти места с обозом кочевников. В те далекие времена левый берег Волги был окраиной, границей Хазарского каганата. Как вариант представим: поутру женщина набрала воды в озере и вернулась к костру, где готовила пищу, и тут кто-то ее испугал – или дикий зверь, или чужой человек. От неожиданности она уронила кувшин на землю, было не до него, и со всех ног побежала от опасности...

А что сталось с горшком потом – одному Богу известно. Так и лежал бы он себе на том берегу до поры, до времени. Но могло быть и так: наступила осень, потом зима, и никому он так и не попадался на глаза. А по весне подмытый паводком высокий берег рухнул и на века похоронил кувшин под толстым слоем песка.
Впрочем, как показали раскопки у села Власть Труда, не такими глухими и безлюдными были эти места даже в те древние времена. В полутора километрах от озера Барское археологи обнаружили следы довольно крупного поселения людей, предположительно славянского происхождения, где, как они полагают, их проживало не менее ста человек. Думать так дают повод многочисленные артефакты, которые эти люди оставили после себя, – фрагменты жилых построек с глиняными полами, ямы-«холодильники» для хранения пищи, истлевшие и обугленные детали строений и другие яркие метки, характерные для «славянского мира» того времени. Значит, скорее всего хозяйкой этой глиняной посудины когда-то была не кочевница, пришедшая из далеких степей, а славянка, у которой неподалеку от озера Барское была делянка земли или грядка. Это уже не важно. Главное, что горшок не пропал, не исчез навсегда.

Автор находки Владимир Бараник поехал на берег за песочком, а наткнулся на клад. Благодаря его щепетильности, старинный кувшин сейчас выглядит так же, как и тысячу лет назад.

Это было недавно, это было давно

Раскопки у Мастрюковских озер начались в 2007 году. До этого времени на протяжении сорока лет археологи активно изучали могильники на правом берегу Волги. Но, как теперь стало ясно, погребения, найденные там, – это совсем другой период жизни населения Среднего Поволжья – более ранний. А селище возле села Власть Труда - новый «пласт» Средневековья, еще не изученный.
В первый год исследований нового памятника из шурфов (специальных углублений, которые археологи роют в земле для изучения содержимого грунта) были подняты очень важные свидетельства обитания здесь людей, имевших какие-то отношения с юго-западными территориями современной России. Стеклянная бусина от женского украшения, бронзовая накладка для мужского ремня, черепки крымских амфор - всё это красноречиво говорило о том, что сюда, возможно, добирались племена венгерской (мадьярской) группы, связанные с Причерноморьем и, может быть, и византийской культурой. Правдоподобно и то, что, перемещаясь на восток, они постепенно «перемешивались» с кочевниками, идущими им навстречу, со стороны Хазарского каганата, границы которого простирались до самой реки Камы.
– Хазары, по-видимому, приводили сюда славян-земледельцев, – поделилась своими предположениями Анна Федоровна Кочкина. – Всех манили в эти места заливные луга с множеством плодородных земель. Можно было и хлеб выращивать, и скот выпасать с ранней весны и до поздней осени. Оставались ли эти люди на зиму - пока неизвестно... Но уже понятно, что они приходили сюда постоянно, из года в год, может быть, на протяжении целого века.

...Палаточный городок за селом Власть Труда появился в прошлом году в самом начале лета. Приехали студенты-волонтеры из Санкт-Петербурга – более тридцати человек. Питание и проезд им оплатил музей имени П.В. Алабина. Дела на раскопках сразу же пошли веселее – наметили новые «квадраты» раскопов, начали копать и вширь, и вглубь. Каждый снятый слой грунта приносил все новые свидетельства обитания людей в этих лугах – больше тысячи лет тому назад – очень деятельных и трудолюбивых. Постепенно вырисовывалась картина того, что здесь происходило в те времена.
В жаркие летние дни здесь кипела работа. У самой кромки воды живописного озерца, которое жители села Власть Труда шутливо называют Мохнатой Баклушкой, дымились горны - плавильные печи для производства крицы - смеси расплавленной железной руды со шлаками древесного угля. Из нее при повторной переплавке можно было получить чистое железо, готовое для кузнечной обработки. Слышались удары молота о наковальню - трудились кузнецы. Рядом звонко стучали топоры мастеровых людей, сооружавших что-то наподобие теплых землянок. Ближе к лесу бородатые богатыри складывали бревна в большие кучи правильной формы. Шла заготовка леса для добычи древесного угля – до следующей весны дереву надлежало высохнуть, а потом его сжигали и превращали в уголь.

Кто были эти люди, которые приходили на берега этого тихого озерца из года в год? На этот вопрос ответа тоже пока нет – одни догадки. Вполне вероятно, что это могли быть хазары, которые совершали дальние походы в чужие земли, выменивали там свой резвый выносливый скот на крицу – сырье для выплавки железа. А вернувшись в свои насиженные места, они строили горны и плавили металл. Но в это верится с трудом. Совмещать такое хлопотное и в то же время тонкое дело, как металлургия, с кочевым образом жизни, полным опасности и непредсказуемости, в те далекие времена было очень не просто. Скорее всего, с юго- западной стороны сюда приходили славяне (или по «приглашению» или сами по себе), точно не скажет никто. Возможно, они слышали от хазар, побывавших в их краях, рассказы о большом количестве на левом берегу Волги озер с ржавой водой. А здесь - в левобережье - «луговая», «болотная» и «озерная» руды, которые часто окрашивают воду в характерный рыжий цвет, действительно не редкость. Даже в наши дни дети, играя на берегах водоемов, иногда выковыривают из песка коричневые камушки величиной с голубиное яйцо. Это и есть та самая железная руда, которая так нужна была древнему человеку. Можно предположить, что не только заливные луга и хорошие урожаи зерновых культур привлекали в эти места людей со всех окрестных земель, но и возможность легко находить и добывать железную руду и выплавлять из нее металл.

Так, может быть, у села Власть Труда археологи открыли не простое селище переселенцев или кочевников, а место промысла целой артели ремесленников, которые осваивали новые территории с целью приблизить свое производство к стабильным источникам железной руды? И приходили они сюда не поодиночке, а целыми группами - возможно, семьями.
Одни собирали железную руду по лугам и болотам, другие искали места, где можно было накопать шамотную (огнестойкую) глину, которой обмазывали основания и стенки плавильных печей, а третьи сооружали горны... Самые опытные, бывалые мастера выплавляли из крицы железо и выковывали из него все, что требовалось для жизни и для обмена, – ножи, топоры, мечи, косы, наконечники стрел, металлические накладки для лемехов плуга - главного орудия в земледелии.

На местах проживания этих мастеровых людей прошлым летом нашли большое количество грубых глиняных черепков вовсе не крымского происхождения. Что это значит? Археологи уверенно говорят о том, что для обитателей древнего селища возле села Власть Труда глиняная посуда была не какой-то «заморской» редкостью, а на каждый день. Ею пользовались в каждом доме. И немудрено, что ее разбивали, а вместо разбитых горшков и чашек делали новые.

Глиняная посуда чаще всего служила в хозяйстве оседлым славянам. А в другие земли они уходили совсем налегке – брали с собой только самое необходимое. Когда же добирались до места, находили вязкую «горшечную» глину и делали из нее все, без чего легко обходились в походе.
Славяне владели гончарным делом с незапамятных времен. Первыми гончарами были женщины. Мужчины взялись за эту работу значительно позже, когда глиняные горшки для прочности стали обжигать в печах и начало формироваться гончарное ремесло.
Вот и кувшин, который нашел Владимир Алексеевич Бараник, – яркое тому подтверждение. Кувшин такой правильной формы могли изготовить только очень умелые руки, сделавшие их не один десяток. Даже не верится, что этот изящный горшок формовали не на гончарном круге – уж больно он правильной формы, уж больно хорош – само совершенство. Но археологи утверждают, что он был сделан голыми руками. А с ними не поспоришь, у них свои, особые на то приметы.

Конечно же, этот кувшин могли откуда-то привезти - например, из того же Крыма. Однако не исключено, что его изготовили где-то здесь, на берегах Мастрюковских озер. Это еще предстоит выяснить. Может, в следующем сезоне археологам повезет больше, и они найдут в новых раскопах следы древней гончарной мастерской. И тогда появятся ответы на многие вопросы, на которые ответов пока нет.
Получается, что счастливые судьбы бывают не только у людей, но и у неодушевленных предметов. Некоторым несказанно везет, а другие попадают в сложные «жизненные» обстоятельства. Можно сказать, что горшку, который был обнаружен у озера Барское, в отличие от его многочисленных «собратьев», давно превратившихся в черепки, повезло дважды. Благодаря чему он и дошел до наших дней в своем первозданном виде.
Сначала какой-то таинственный случай поспособствовал тому, чтобы горшок оказался на отшибе активной жизни древних людей, – он попросту к хозяевам не вернулся. К тому же песок – не самое худшее место для сохранения хорошо просушенной на солнце глины, ведь в нем всегда поддерживается «своя» температура и влажность. В такие идеальные условия артефакты попадают далеко не всегда.
Большой загадкой остается и то, что, «прожив» такую долгую жизнь, горшок ни разу не подвергался опасности и почти нисколько не пострадал. Даже лопата Владимира Алексеевича Бараника, которая запросто могла разбить его вдребезги, к счастью, вошла в песок выше того места, где он «почивал», на добрых полметра. Неужели Бараник был первым, кто приехал на этот бережок за песком? А если бы сюда наведался экскаватор? От горшка не осталось бы ничего... Повезло. Какая-то мистическая сила хранила горшок на протяжении многих веков. Наверное, для того, чтобы ученые до конца смогли разгадать все его тайны.
Вторая удача в «счастливой судьбе» горшка заключается в том, что после тысячелетнего «сна» он попал в умелые руки Владимира Алексеевича, который к тому времени уже знал кое-что из правил обращения с историческими находками. Еще в школьные годы его интересовали книги о сокровищах царя Приама из знаменитого города Трои, который раскопал обрусевший торговец русской пушниной Генрих Шлиман. Эти книги были первыми учебниками Владимира Алексеевича по археологии. А в юности он мечтал попасть на раскопки древнерусского города Аркаим, который ученые обнаружили в середине 1980-х годов в Челябинской области. Но судьба распорядилась иначе.

По специальности моряк, по призванию - историк

Сначала было мореходное училище в городе Кронштадте. Ему тогда не было и семнадцати. Потом он оказался на ледоколе «Волынец». Это красивое судно с белоснежной рубкой почти во всю ширину корпуса режиссер Сергей Бондарчук увековечил в своем знаменитом кинофильме «Красные колокола», рассказавшем советским людям о мексиканской революции. На борту ледокола юный моряк набирался корабельного опыта, житейского ума-разума, на нем ходил в свой первый поход через Финский залив, пробивал в тяжелых льдах «коридоры» для морских транспортов, готовил места для всплытия подводных лодок, которые возвращались домой из дальних походов. Воспоминания об этом романтичном времени живы в памяти и по сей день.
Спустя годы моряк Владимир Бараник вернулся домой - на Волгу. Устроился на флагман Волжского флота «Алтай». Этот трехпалубный пассажирский теплоход причаливал едва ли не во всех исторических местах по обе стороны реки. И каждый раз Владимир Алексеевич торопился сойти с трапа, чтобы увидеть достопримечательности нового для себя города. На долгих корабельных стоянках он не любил играть в домино. Это занятие нагоняло на него скуку. Настоящим «университетом» для него стало посещение острова Валаам. Из рассказов монашеской братии он узнал, что происходило здесь в XIX веке, во времена игумена Дамаскина, под чьим началом из руин и пепла поднимались на острове скиты и храмы после столетнего запустения. Только на Валааме, вдоволь налюбовавшись творениями рук монахов, Баранник до конца понял, какое огромное значение для истории имеют порой ничем не приметные на первый взгляд мелочи и детали. Как крохотные камушки и черепки помогают историкам писать об ушедших временах целые «полотна», в достоверности которых не может усомниться никто.

Когда же в руках оказался старинный кувшин, Владимир Алексеевич вспомнил всю эту науку моментально. Заметил, что у сосуда отсутствует часть венчика горловины. Смекнул – нужно искать сколы рядом. Он тщательно просеял песок из ниши, из которой только что вынул кувшин, быстро нашел все недостающие части, скрупулезно проверил, всё ли подходит, стыкуется. Очистил найденные кусочки древней глины от прилипших песчинок, завернул их в чистую тряпицу и вместе с кувшином принес домой.
...И теперь, спустя годы, благодаря его основательности и щепетильности музейные реставраторы аккуратно посадили отколовшиеся мелкие части сосуда на специальный клей, и горшок снова стал выглядеть так, как и тысячу лет назад. Так что археологическая наука, да и все неравнодушные к истории нашего края люди должны быть благодарны Владимиру Алексеевичу Баранику, сумевшему сохранить и донести до музейной витрины этот, несомненно, бесценный памятник старины. Спасибо ему за это большое.

А недавно Владимир Алексеевич Бараник начал оформлять необходимые документы на передачу столь ценнейшего артефакта на вечное хранение в Самарский областной историко-краеведческий музей имени П.В. Алабина. И скоро этот артефакт будет представлен широкой публике в числе других экспонатов музея на выставке, которая традиционно откроется в конце января по случаю ежегодной археологической конференции, где будут подводить итоги минувшего сезона археологических раскопок на самарской земле.

 
Валерий Бурла