Марина Гончаренко.
Мое школьное детство неразрывно было связано с занятиями балетом. Жили мы тогда на Металлурге, и с первого по шестой класс я занималась во Дворце Металлургов в детском хореографическом кружке, которым руководила замечательный преподаватель Надежда Миновна. Вот, к сожалению, запамятовала ее фамилию.
Она была молодым и энергичным хореографом, и с энтузиазмом относилась к своей работе. Поставила с нами балет «Буратино» (очень известный в 1980-е годы в Куйбышеве, он не раз занимал первые места на различных городских конкурсах творчества), танец Цветов, другие интересные танцевальные номера. Занимались мы по три раза в неделю, с 19 до 21 часа. Сначала упражнялись у станка, потом переходили к репетиции танцев.
Как водится, мальчиков у нас было гораздо меньше девочек, поэтому, например, роль Буратино в балете исполняла девчонка, наша балетная звездочка Аня.
Но зато в новогодние праздники весь наш хореографический кружок каждый год принимал участие в Елках во Дворце Металлургов. Нас разбивали на две группы, и каждая группа через день исполняла возле елочки танец Снежинок. А один раз, когда мы стали постарше, нам доверили участвовать в спектакле «Золушка», изображать великосветских дам на балу. В общем, для всех моих одноклассников двухнедельные зимние каникулы были порой отдыха, игр и прогулок и смотрения телевизора, а мне приходилось, также, как и в будни, вставать в семь утра и топать «на работу»!
В день было по две-три Елки. Самая ранняя начиналась в 10 часов, потом в 12 и последняя – в 15 часов. Между вторым и третьим мероприятием нас, артистов, организованно, и конечно, бесплатно, кормили обедом, - водили в столовую соседней с ДК школы. И, между прочим, «зарплату» за выступления нам тоже платили, - через одно выступление дарили сладкий подарок. Так что, конфеты, печенья и фрукты у нас в доме не переводились весь Новый год.
И, знаете, я гордилась своей работой! Тем, что я не просто маленькая девочка, а – артистка! Делаю общее хорошее дело, дарю радость детям, я – нужный другим человек.
Считаю, что это очень здорово, когда ребенок имеет возможность сызмальства делать что-то интересное и важное для людей. Это дисциплинирует и приучает к ответственности. Во взрослой жизни это точно пригодится!
Татьяна Тузовская.
В моем раннем детстве елка была у бабушки и дедушки. Поэтому Новый год у меня проходил всегда там. Запах прогретого дома, укутанного снаружи пушистым снегом, мандаринов, хвои и кофе с молоком, который любила бабушка, зимняя музыка с голубых пластинок из журнала «Колобок» создавали для меня ощущение праздника и сказки. Елка всегда была живая - пушистая сосна. Я плохо помню, как ее украшали, но вот ватный Дед Мороз с мешочком подарков - одно из главных моих детских впечатлений. Это сейчас я знаю, что конфеты и шоколадные «медальки» были у него в мешочке не случайным образом, их туда, тайком от меня, подкладывал дедушка. Но в мои три-четыре года найти не просто под елкой, а прямо у Деда Мороза сладкий сюрприз было настоящим новогодним чудом.
Юлия Кочетова.
Больше всего я любила, когда мы всей семьей ходили на ёлки в парк Металлургов. Зрелище незабываемое! Там были самые различные фигуры, ёлок был целый ансамбль. Они кружились в танце, сияли огнями, а в определённой момент огни гасли и над вершиной самой большой главной ёлки летел спутник. Кажется, теперь ёлки стали не те... Или, может быть, просто детский взгляд - он совсем другой. А дома родители всегда прятали под ёлку подарки. Мы ставили живое дерево в ведро, прикрывая песок ватой, словно снегом. И вот где-то в этой вате скрывалась маленькая игрушка, брошка или набор карандашей. Мы с братом ждали нехитрых подарков, как чуда. И, кстати, ни разу в детстве я так и не увидела, как подарки прячут родители. Так что я долго верила в Деда Мороза.
Надежда Локтева.
Наверное, как и для большинства наших соотечественников, детские воспоминания о новогоднем празднике для меня связаны с таинственно мерцающими в сумерках разноцветными огоньками, запахом мандаринов и нарядно украшенной елочкой, под которой наутро первого января таинственным образом появляются подарки. И, конечно, со сверкающим снежком на улице, из которого можно лепить снеговиков и кататься с горки на санках.
Елку обычно покупали заранее, и она дожидалась своего часа на балконе, внося с собой в комнату свежий холодок и смолистый аромат. С антресолей доставали большие коробки, где, переложенные ватой, хранились игрушки и стеклянные бусы, по комнате развешивали флажки и бумажные гирлянды. А электрическая гирлянда, мигающая красным и зеленым, у нас была самодельная – папа спаял ее из лампочек, покрашенных тушью, и проводов, присоединив реле, задающее режим мигания. Венчала елку большая красная звезда – в точности такая же, как на кремлевских башнях, которые я тогда видела только на картинках, а под елкой стояли пластмассовые фигуры Деда Мороза и Снегурочки.
В младших классах, на школьных утренниках, у меня был костюм Снегурочки – мама сшила мне «шубку» из красной жаккардовой ткани, с опушкой из ваты, обсыпанной нарезанным «дождиком», и изготовила кокошник, украшенный стеклянными бусами. А в старших амплуа Снегурочки однажды пришлось примерить и всерьез – у мамы на работе решили поздравить детей сотрудников визитом Деда Мороза и Снегурочки, но молодых девушек, годившихся на роль «внучки» волшебника, в коллективе не было. Получилось вроде неплохо – Дед Мороз играл на баяне, а я учила малышей танцевать «Летку-Енку» и пела с ними песенки про елочку.
Неловкий момент возник, когда в одной из квартир нас попытались напоить чаем, и маленький мальчик чуть ли не со слезами потребовал, чтобы чай поставили в холодильник, а то вдруг мы растаем от горячего! Пришлось обойтись без чая, но зато это была высокая оценка нашей достоверности.
