«Бывшие» люди

Общество
ИНСТРУМЕНТЫ
Для слабовидящих
  • Очень маленький Маленький Средний Большой Огромный
  • Стандартный Helvetica Segoe Georgia Times

У нас нет ни точной статистики – сколько бомжей сейчас скитаются по улицам города, ни структуры, которая бы ими занималась. Вопросы жизнеустройства бездомных решают в «ручном» режиме.

Ни одна госструктура не назовет вам точное количество людей без определенного места жительства. Как они распределены по области, больше их стало за год или меньше, куда они деваются с течением времени, по каким причинам оказались на улице? У этих вопросов, увы, нет ответов. Общественники говорят примерно о четырех тысячах бездомных, но имеют ли они в виду всю Самарскую губернию или только областной центр – тоже ясности нет.
Общество вообще старается не замечать бездомных. Но они же люди. Пусть часто опустившиеся и потерявшие человеческий облик, давно махнувшие рукой на нормальную жизнь. Им приходится мыкаться по заброшенным зданиям или дачам, ночевать на вокзалах или в подъездах. И вот что странно: у многих граждан бродячие собаки вызывают больше жалости, нежели бездомные люди. Между тем и бомжи нуждаются в поддержке, и не только в виде миски горячего супа или теплых вещей. Им нужна крыша над головой, особенно в холода, возможность помыться и постирать одежду, а также медицинская помощь и содействие в восстановлении документов.

В настоящее время остро не хватает ночлежек. На всю область действуют всего две государственные организации, дающие приют бездомным, – одна в Тольятти, другая в Самаре. Причем самарская ночлежка, расположенная в поселке Шмидта, минувшей зимой закрывалась на ремонт. И если бы не общественники, открывшие аналогичное заведение на средства президентского гранта, то в лютые морозы бездомные вообще остались бы на улице.
Понятно, что эта категория людей имеет целый букет болезней – от алкоголизма и обморожений до туберкулеза, ВИЧ и гепатита. А в период пандемии короновируса они стали одной из самых уязвимых групп населения. Сложность в том, что бездомные – довольно закрытая группа, которая, как правило, не доверяет государственным структурам. Даже если им нужна врачебная помощь, в больницу они не обращаются. Бывает, что добрые люди вызывают «скорую» и медики предлагают госпитализацию, но пациент в больницу ехать отказывается.

Проблема еще и в том, что люди без документов могут рассчитывать лишь на неотложную медицинскую помощь. Все остальное – за свой счет. Но говорить о платежеспособности бомжей не приходится. Наверное, именно поэтому хромает диагностика социально значимых заболеваний, в том числе и туберкулеза. Например, без медицинского полиса, прикрепленного к определенной поликлинике, нуждающемуся человеку не сделают флюорографию, а это значит, что и диагноз не поставят вовремя, и лечение своевременное не начнут.

Да, государство выделяет средства на бесплатное лечение туберкулеза любого гражданина России, который обратится в туберкулезный диспансер. И даже отсутствие документов – не аргумент для отказа. Главное – диагноз подтвердить. А вот флюорографию, которая как раз и определяет изменения в легких, можно сделать только в поликлинике по месту жительства, имея на руках полный пакет документов. Вот такой медицинский казус. Некоторые фонды и социальные гостиницы заключают с лечебными учреждениями договор на платное обследование своих подопечных, потому что без отрицательного результата на туберкулез они не имеют право принять человека в свое учреждение.

Недавно оказание врачебной помощи бездомным обсуждали на заседании профильной комиссии Общественной палаты Самарской области. Отрадно, что прямо по ходу встречи руководитель одной из самарских общественных организаций и представитель Самарского областного противотуберкулезного диспансера договорились о бесплатном рентгенологическом обследовании своих подопечных. А врачи областного кожно-венерологического диспансера и СПИД-центра засвидетельствовали, что их учреждения согласны консультировать и лечить всех обратившихся бесплатно – за счет госбюджета. Они готовы к сотрудничеству с некоммерческими организациями, оказывающими помощь бездомным.

Не менее остро в условиях буйства коронавируса стоит вопрос о вакцинации бездомных. Дело в том, что прививку от COVID-19 делают опять же при наличии документов, которых у бездомных нет. И как на практике проводить вакцинацию бомжей без полиса ОМС и паспорта – пока никто не знает. Но и не замечать сей острый момент тоже нельзя. Стоит подцепить инфекцию только одному бездомному, как вирус быстро распространится на других собратьев по несчастью. А раз мы не знаем общее количество бомжей, то узнать, сколько бездомных заболели и умерли от коронавируса, тем более нереально.

«Охватить бездомных, которые ведут довольно замкнутый образ жизни, оторванный от социума, медицинским работникам довольно сложно. В этом плане нас сильно выручают общественники, которые занимаются «полевой» работой. Проблема в том, что тестирование на ВИЧ происходит анонимно, но положительный тест – еще не диагноз. Тут важно, чтобы люди до нас дошли – не потерялись, не пропали, узнав результаты тестов», – Наталья Бохонко, заместитель главврача ГБУЗ «Самарский областной клинический центр профилактики и борьбы со СПИДом».