Подписка онлайн

Акция

 

Опрос

У вас скопились книги. Что с ними делать

Лучшие материалы месяца

best

Ваш вопрос

Напишите нам письмо

Мы обязательно на него ответим. Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему Вас вопросу.

Архив материалов издания

Ломать – не строить

Автор  окт 06, 2018 - 229 Просмотров


Министр просвещения РФ Ольга Васильева подтвердила, что законопроект, нацеленный на совершенствование системы подбора приемных родителей, действительно разрабатывается и содержит ряд мер, ужесточающих правила приема сирот в семьи. Но в то же время уточнила, что не поддерживает ограничение максимального числа детей в одной приемной семье до трех – документ якобы с ней не согласовывали.

 

Обсуждаем грядущие изменения в законе о подборе замещающих семей

НЕ БОЛЬШЕ ТРЁХ В РУКИ?
В последнее время общественность горячо обсуждает новый законопроект Министерства просвещения РФ, который должен кардинально изменить существующие правила устройства сирот в приемные и опекунские семьи. По мнению министра Ольги Васильевой, замещающие семьи сегодня подбирают небрежно, отчего страдают дети, поэтому механизм необходимо ужесточить.
В частности, предлагают ограничить максимальное количество детей в приемных семьях (включая родных) до трех. Родители и приемные дети обязаны проходить психологическое обследование. Также вводят нормирование жилой площади для приемной семьи: если жилплощадь будущих родителей окажется меньше положенного, то ребенка им не дадут. Да и переехать на новое место жительства опекун или приемный родитель сможет только с разрешения органов опеки. То есть «принимающий» регион, город или район может отказать замещающей семье в регистрации.
Все эти меры, по мнению федеральных чиновников, должны улучшить положение сирот и отсеять недобросовестных кандидатов в приемные родители. Однако приемные родители со стажем уверены, что если закон примут в таком виде, то он разрушит все то, что создавалось не один год.
Почему? Об этом размышляют члены региональной общественной организации Самарской области «Свой дом», которая помогает социализироваться выпускникам детских домов и интернатов.
Ольга Киселева, мама семерых детей, из которых трое – родные, четверо – приемные:
– Семья – это не группа в детском саду, а единый организм, где каждый ребенок участвует в общей жизни, помогая младшему или более слабому. Поэтому постулат – не больше трех в одни руки – себя не оправдывает.
Сама она росла в полной семье. Еще будучи школьницей, прочитала статью о детдомовских детях, и их судьба запала ей в душу. В восемнадцать лет Ольга пришла работать в интернат. Потом поняла, что всем не поможешь. Это как выстрел по воробьям. А вот одному, двум или трем – вполне по силам. Но сделать это можно только в семье. Когда ее младшему ребенку было четыре года, Ольга взяла приемную дочь. Считает, что из многодетных родителей и приемные получаются самые лучшие, потому как родительский опыт богатейший. Ребятишки друг у друга учатся взаимовыручке, ответственности, заботе о ближнем.
Возможное ограничение количества детей вообще ни в какие рамки не лезет. Есть немало примеров, подтверждающих обратное. Вспомните знаменитую артистическую семью Чекмаревых из Самары.

БРАТ ТЫ МНЕ ИЛИ НЕ БРАТ?
Новый закон предлагает разлучать братьев и сестер – отправлять их в разные приемные семьи. Что это, как не нарушение прав маленького человека? Нормирование жилплощади приемных родителей также ограничит число людей, готовых взять ребенка из детского дома.

Наталья Баясева, мама двоих родных детей и троих приемных:
– Детей в приемные семьи отдают неохотно. Больных, шебутных – берите, если хотите, а когда речь заходит о здоровых и послушных, так сразу: подходящего для вас нет.

Наталья росла единственным ребенком в семье. В детстве завидовала тем, у кого были братья и сестры, – им не скучно. Когда старшей дочке исполнилось семь лет и родился второй ребенок, стали с мужем подумывать о приемных детях. Наталья прошла курсы приемных родителей, побывала в нескольких интернатах и детских домах и столкнулась с тем, что спокойных и здоровых детей не отдают. Предлагают только проблемных и с тяжелыми патологиями. Ситуация разрешилась только после звонка на «прямую линию» президенту Путину. Через пару дней с Натальей связались сотрудники службы опеки и предложили взять троих ребятишек.

НИЧЕГО ЛИЧНОГО
Много вопросов о психологическом обследовании детей и приемных родителей. Как показала практика пилотных регионов, где закон уже апробируется, опека часто отказывает родителям под надуманными предлогами. Например, что у них нет опыта воспитания приемных детей либо родной шестилетний ребенок находится в предкризисном возрасте. Подходят ли эти родители конкретному ребенку или не подходят, решают специалисты службы опеки на местах исходя из субъективных ощущений. При этом увеличивается риск возникновения коррупции.
Что касается возможности переезда на новое место жительства, то здесь также ставят препоны семьям. Ведь очень часто родители переезжают в большие города, чтобы получить возможность пролечить детей, быть поближе к крупным медицинским центрам. А новый закон право регистрировать приемную семью или не регистрировать передает «принимающему» региону.

Анна Байварова, мама четверых детей, из них двое – родные и двое – усыновленные:
– Хотели взять в приемную семью еще и мальчика-сироту, друга сыновей, но нам его не отдали. Мальчишка – спортсмен, перспективный футболист. Такие интернату нужны самому.

Аня мечтала о большой семье, но второго ребенка родить не могла. Врачи ставили бесплодие. В это время умерла сестра мужа, оставив двоих мальчиков – одного года и двух лет. Анна с мужем решили оформить над ними опеку. Пока проходил этап оформления всех документов, Анна вдруг обнаружила, что беременна. Казалось бы, зачем брать чужих малышей, когда свой долгожданный будет? Но супруги довели процедуру до конца и взяли мальчишек в семью. Сначала было непросто, а для старшей дочки вообще стресс – только что была единственной, как вдруг появилось сразу трое малышей и маме нужно помогать. Но справились.
А недавно они усыновили опекаемых мальчишек. Их старшая, теперь уже взрослая дочь тоже планирует в будущем стать приемной мамой.

РОДИТЕЛИ ЖДУТ ПЕРЕМЕН
В то же время мои собеседницы считают, что менять систему определения сирот в замещающие семьи действительно необходимо, но не таким образом. Нужно изменить подход чиновников к проблемам приемных семей. Вкратце это звучит так: помогать, а не мешать, быть друзьями и единомышленниками, а не надзирателями. Не выискивать недостатки в приемной семье, не задавать детям вопросы: «Чем тебя кормят?» «Бьет ли тебя мама?» «Что тебе купили?», выставляя взрослого в глазах ребенка априори в чем-то виноватым, а быть соработником, помощником родителей.
По словам моих собеседников, договор опеки расторгают редко, лишь в крайних случаях. Например, когда приемный сын-аутист воровал спички и поджигал дом. Объяснения и наказания не помогали. Могли погибнуть люди, и с мальчиком пришлось расстаться.
Или, например, девочка-подросток, которую взяли в семью в пятнадцать лет, регулярно убегала. Ее разыскивали в притонах, возвращали домой, но она снова сбегала. Приемная мать обращалась за помощью в кризисный центр, к психологам. Ничего не помогло, и мать расторгла договор, вернув девочку в детский дом.

Елена Черевченко, мама десятерых детей, из которых четверо – родные и шестеро – приемные:
– Опека не торопится забирать детей из асоциальных семей, дает пьющим родителям все новый и новый шанс исправиться. А те продолжают принимать наркотики или спиваться. Но страдают дети, вынужденные жить в притоне. И чем дольше они остаются в таких семьях, тем больше вероятности, что в будущем они повторят судьбу таких пап и мам. На мой взгляд, здесь нужно принимать решения не в интересах родителей, а в интересах детей.

Елена не думала, что станет приемной матерью. Вырастила своих четверых. Но шестеро детей дальней родственницы мужа оказались под угрозой попадания в детский дом. Супруги давно били во все колокола, видя, что родной матери дети не нужны, ходили в органы опеки, просили передать ребятишек в их семью. Но чиновники пытались «реабилитировать» гулящую мать, а время шло, и ничего не менялось. Потом детей им все-таки отдали. Старшая девочка, которая в родной семье была вынуждена замещать братьям и сестрам маму и поэтому не имела возможности нормально учиться, попав к приемным родителям, показала блестящие способности – в школе она учится только на пятерки.

ЧЕМ РАНЬШЕ, ТЕМ ЛУЧШЕ
По мнению приемных родителей, в идеале нужно передавать деток в семьи как можно раньше. Года в три-четыре. В этом случае есть больше возможностей воспитать и социализировать ребенка. Но дома малютки, где находятся дети от рождения до трех лет, для приемных семей закрыты, их туда не пускают. Есть мнение, что совсем маленьких детей охотно усыновляют, а усыновление предпочтительнее опекунства. Усыновителю не нужно платить в месяц по три тысячи за воспитание ребенка и чуть больше семи тысяч рублей на его содержание, и в будущем не понадобится предоставлять сироте жилье.
Но почему же тогда детдома неохотно расстаются с хорошими детьми постарше? Может, это прозвучит цинично, но мои собеседники объясняют это тем, что талантливые ребятишки – отличники, спортсмены, певцы, музыканты, художники – нужны для отчетности. Дети же получают грамоты и медали, их успехи складывают в копилку успешности учреждения в целом, зачем же с ними расставаться? И вопрос, что для ребенка лучше – семья или госучреждение, функционеров беспокоит в последнюю очередь. А отдать «балласт» – проблемных ребятишек – всегда пожалуйста, можете забирать их в семью.

Валентина Далматова, мать двоих взрослых родных детей, двадцати приемных, которые уже выросли, и шестерых, сейчас воспитывающихся в семье:
– В детских домах обучением детей навыкам самостоятельности практически не занимаются. Подростки, попадая в приемные семьи из интернатов, не умеют элементарных вещей. И чем старше ребенок, тем труднее его приучить и научить. А нам нередко говорят, что мы берем детей как бесплатных работников. Ох как сильно эти люди ошибаются. На таких детях где сядешь, там и слезешь.
Вот отдают в семью мальчишек-подростков. Они в четырнадцать лет не умеют и не хотят стирать свое белье, убирать постель, переодеваться, вешать одежду в шкаф, подметать пол в комнате, мыть за собой посуду, ломают бытовую технику. Могут стащить то, что «плохо лежит». С десяти лет курят. А поскольку приемная мать сигареты им не покупает, ищут окурки в мусорных контейнерах, попрошайничают. Воспитание таких детей – титанический труд, потому что многое упущено, привычки уже сформированы.

К моменту возникновения приемной семьи родные дети Валентины Егоровны жили уже самостоятельно. В 1996 году она впервые стала приемной мамой. Всякое за это время случалось, и дети разные попадали в семью. Но греет сердце, когда взрослые приемные сыновья и дочки приезжают и говорят ей: «Спасибо, мама! За то, что нас воспитала, за то, что мы не сбились с пути, не спились, не стали преступниками, работаем и воспитываем собственных детей».

* * *
Я, как и приемные родители, надеюсь, что в предложенном виде закон не примут. Нам надо развивать институт приемной семьи, поддерживать и поощрять, но никак не ставить палки в колеса. Да, менять надо. Но не ломать. Иначе проиграют все – и сироты, и государство.

Марина ГОНЧАРЕНКО.
Фото – фотобанк "Лори"

Другие материалы в этой категории: « Доктор приехал Построить смогут сами »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Полезные ссылки

"Испытано на себе"

Фоторепортажи

 

Видео материалы

Архив материалов

« Декабрь 2018 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            

Наши партнеры

 

Please publish modules in offcanvas position.